– Я считаю, – тут же стал серьезным Листар, – что лучше нагуляться до того, как свяжешь свою жизнь с любимой женщиной, чем потом ходить на сторону…

– Если ты идешь от любимой женщины на сторону, – резко остановилась, оборачиваясь, – то эта женщина и не любимая вовсе!

Сердце больно сжалось, вспоминая Артема, который предал меня, оставляя утопать в собственном горе…

– С тобой все хорошо? – тут же напрягся герцог. – Я не хотел обидеть…

– Просто не нужно больше поцелуев, прошу… – выставила ладонь вперед, так как мужчина попытался обнять, что совершенно не входило в мои планы. – Для тебя это игра. Маскарад, которым ты прикрываешься, чтобы спасти себя от навязчивых девушек…

– А для тебя? – затаил дыхание Листар, смотря в мои глаза не отрываясь.

– А для меня это очередной урок, который расширит мой жизненный опыт, – увильнула я, не желая выдавать свои чувства.

Меня тревожили прикосновения этого дракона. Не его близость, нет, а то, что последует, когда герцог действительно найдет себе девушку, ведь это неизбежно. Я стану насмешкой номер один. Мне и так хватило за всю мою жизнь боли, не хочу вновь переживать нечто подобное. Уже тысячу раз пожалела, что приняла этот чертов королевский кулон.

Отдай его, Катя! Пока не поздно, отдай!

– Я не поцелую тебя больше, – серьезно заверил меня Листар, словно прочитав мои мысли. – Клянусь богами… если… сама не попросишь…

Стало так неловко от его слов, что на щеках выступил смущенный румянец.

«Не ведись! – зашипела на себя. – Не хватало тебе еще стать целью этого юбочника. Ну уж нет! – тут же мысленно рыкнула я. – Сопли на кулак потом наматывать не собираюсь! Да и тем более, герцог не в моем вкусе!»

Голос тут же пропищал: а кто в твоем вкусе, но я попыталась отвлечься, так как перед глазами вновь встал обжигающий взгляд напряженного Арахонта.

Желая избежать столь неловкого момента, который возник от слов герцога, я поспешила на кухню.

Ребенка пора кормить, а я тут ерундой страдаю. Мужчины… Какие еще мужчины, Катя?! Они драконы, а ты жалкая человечка, и этим все сказано. Нужна ты им как собаке пятая нога. Поиграют и бросят. Ты для них диковинка, к которой быстро потеряется интерес.

Наше появление на кухне встретили гробовым молчанием. Лишь звон половника, выпавшего из рук напрягшейся поварихи, нарушил затянувшуюся тишину.

– Здравствуйте, – присела я в неловком реверансе, – мне нужны кое-какие продукты и немного посуды, поделитесь?

Самая взрослая женщина в каком-то посеревшем фартуке удивленно распахнула глаза, а девушки, стоящие рядом с ней, тут же опустили взгляд вниз, превращаясь в безмолвных статуй.

– А зачем… вы же леди… не мы… – испуганно залепетала женщина в годах.