Маркграф Платонов известен как требовательный командир.

— Мы понимаем, Ваша Светлость, — твёрдо ответил Илья."

"— И готовы к любым испытаниям, — добавила Елизавета.

Через несколько минут вернулся Трофимов с готовыми документами. Князь поставил свою подпись и печать, после чего протянул бумаги молодым Бутурлиным.

— Да хранит вас Бог в вашей службе. И помните — честь рода Бутурлиных теперь в ваших руках.

Мы откланялись и покинули тронный зал. Только выйдя из дворца и сев в карету, Илья и Лиза позволили себе расслабиться.

— Неужели всё прошло так просто? — Елизавета смотрела на документ в своих руках с недоверием.

— Князь всё понял, да? — Илья повернулся ко мне. — Он же знал, зачем мы пришли?

Я усмехнулся:

— Конечно, знал. Во-первых, формально он выполняет свои прямые обязанности, поэтому никто не может упрекнуть его в том, что он влез в дворянский конфликт. Во-вторых, князь демонстрирует заботу о детях павшего вассала.

— А что теперь? — спросила Лиза.

— Теперь самое интересное. Нам предстоит визит в канцелярию, где заседает совет по делам несовершеннолетних. И вот там вы увидите выражение лица вашего дорогого дяди Сергея, когда он поймёт, что именно произошло.

Юноша сжал кулаки:

— Я буду наслаждаться каждой секундой.

— Только держите лица, — предупредил я. — Никакого злорадства. Вы — молодые патриоты, желающие служить Родине. Скорбь по отцу привела вас к решению посвятить жизнь борьбе с Бездушными. Это ваша официальная позиция.

— Понятно, — кивнула Елизавета. — Мы справимся.

Остаток пути прошёл в обсуждении деталей предстоящей встречи. Молодые Бутурлины заметно воодушевились — впервые за последние дни в их глазах появилась надежда.

А я думал о том, что Сергей Михайлович очень скоро пожалеет о своей алчности. Перед лицом закона и княжеской воли все его интриги окажутся бессильны.

* * *Настоящее

— Совет постановил: назначить опекуном над несовершеннолетними наследниками графа Николая Константиновича Бутурлина его двоюродного брата, Сергея Михайловича Бутурлина, до достижения подопечными совершеннолетия. Решение вступает в силу немедленно.

Тишина в зале была оглушающей.

Я улыбнулся.

«Кровопийца» медленно поднялся со своего места, и на его мясистом лице расцвела торжествующая ухмылка.

Он повернулся ко мне, явно наслаждаясь моментом триумфа, не замечая моего спокойствия.

— Ну что, маркграф? — его голос сочился самодовольством. — Не помогли ваши связи и титулы? Закон есть закон, и он на моей стороне. Теперь-то я наведу порядок на табачных фабриках покойного кузена. Заставлю их работать как следует, а не прозябать в безвестности!

Я откинулся на скамье, сохраняя невозмутимое выражение лица.

— Боюсь, это будет весьма непросто, Сергей Михайлович.