Текучка кадров бешеная.

Следующие несколько часов мы петляли по зимнему лесу, пытаясь отыскать хоть какие-то признаки присутствия Бездушных или Реликтов. Снег скрипел под ногами, в вышине тоскливо свистел ветер, бросая в лицо пригоршни колючих снежинок. Борис уверенно вёл нас сквозь чащу, то и дело замирая и принюхиваясь, словно гончая, взявшая след.

Я с интересом наблюдал за Василисой, пытаясь понять, что из себя представляет эта загадочная особа. Она держалась позади, сосредоточенно глядя себе под ноги и время от времени касаясь рукой стволов деревьев. Возможно пыталась почуять любые залежи ценных пород или металлов.

Додумать мысль я не успел. Борис вдруг остановился как вкопанный и присел на корточки, вглядываясь во что-то на снегу. Мы с Ольховской приблизились, стараясь не шуметь.

— Взгляните-ка, боярин, — охотник указал на цепочку глубоких, причудливо изогнутых следов. — Тут Бездушный прошёл, и немаленький. Пару часов назад, не больше, их только-только затянуть успело.

Василиса ахнула, прижав ладонь ко рту. В её глазах плеснулся страх, мигом сменившийся жадным любопытством.

Я присмотрелся к отпечаткам и озадаченно хмыкнул.

Действительно, необычные какие-то. То ли медвежьи, то ли волчьи, поди разбери, но точно крупный зверь, это да.

— Ты можешь определить, что за тварь? — спросил я, обходя следы по кругу. Внутри начало нарастать знакомое тянущее чувство — мой дар отзывался на слабое присутствие Бездушного.

— Я бы сказал — медведь, — неуверенно протянул охотник, почёсывая бороду. Только вот странный какой-то. И запах… не пойму, вроде и зверем несёт, а вроде и…

— Холодное железо! — внезапно выпалила Василиса, — её лицо слегка побледнело, а пальцы, вцепившиеся в отвороты куртки, мелко дрожали.

— Тварь как-то связана с ним. Моя стихия отзывается.

Я прислушался к себе и понял, что девчонка права. Ощущение, будоражащее мой дар, и впрямь напоминало зов металла — звенящий, колкий, леденящий кровь. И земля под ногами тоже как будто трепетала в унисон, подталкивая, призывая идти вперёд.

— Она прошла на север, — Борис вытянул руку, указывая направление. — В распадки, там у нас бурелома много, в самый раз для логова. — Он искоса глянул на меня, пытаясь незаметно оценить реакцию. В его глазах мелькнуло плохо скрытое любопытство — струсит благородный или рискнёт? — Идём по следу, боярин? Глядишь, ещё застанем на месте.

Или назад повернём?

Я заметил этот оценивающий взгляд. Похоже, для охотника это был своеобразный тест — многие ли дворяне готовы не просто командовать из безопасного места, но и сами выйти против твари?

Несмотря на опыт скоротечной ночной схватки он всё ещё считал меня изнеженным барчуком. Хорошего же мнения местные о сословии, которое призвано защищать их от любого рода угроз.