Его грозный вид заставил Ангелину содрогнуться, она посмотрела на соседские квартиры, которых на лестничной площадке было много: “Может быть, кто-нибудь выйдет сейчас?”

У подъезда, как назло тоже никого не было, мужчина постарше посадил ее на заднее сидение и сел рядом.

– Руки сюда, быстро.

– Что?

– Руки протяни, ты что, тупая?

Ангелина непонимающе протянула руки и мужчина надел на нее железные наручники. Девушка запротестовала, но мужчина приказал ей молчать.

“Последний шанс, полицейские в аэропорту! Больше такого шанса не будет! Не упустить!” – Ангелина программировала себя на внезапный поступок, который сможет ей помочь освободится.

Но ее замыслу не суждено было сбыться. На входе один из сопровождающих мужчин показал охране удостоверение и сообщил, что перевозит опасную преступницу. Надежды Ангелины канули в лету. Теперь ничто ее уже не спасет, она горько заплакала, предвкушая грандиозное наказание от Вячеслава за побег.

Из аэропорта она ехала все в том же ягуаре, который ее когда-то вез в место вечного мучения. На этот раз глаза ей никто не закрывал. Не просили надеть этот идиотский плащ и туфли. Что-то было не так. И это был дурной знак. Ангелина не могла это никак объяснить даже самой себе, но чувствовала, что эти мелочи не предвещают ничего хорошего.

“Если они не боятся открывать мне свое местонахождение, значит, я могу не уйти отсюда живой”, – напуганная Ангелина судорожно перебирала все самые страшные варианты того, что с ней может случиться. Сперва, ей предстоял сложный разговор с Вячеславом и нужно было как-то аргументировать свое исчезновение, но в голову ничего не приходило.

“Если он так легко нашел меня, значит чего бы я не сказала, будет для него не важно, наказание будет в любом случае!” – за железную дверь ее, буквально, волокли, ноги отказывались ей подчиняться и она падала на ровном месте.

Ангелину завели в один из многочисленных номеров, как две капли похожих на тот номер, где она уже была. Вячеслав уже был там.

– Ты меня очень разочаровала, – гневно начал он свой монолог, – Я даже знать не хочу, почему ты меня предала, почему нарушила условия договора! Но теперь, я не буду с тобой так ласков, как раньше!

Слова Вячеслава били сильнее ударов любого из его страшных инструментов для пыток: “Что значит, не буду так ласков, как раньше? Если он раньше причинял мне боль и думает, что таким образом был со мной ласков, то что же будет теперь?” – она сглотнула слюну и опустила голову вниз, боясь случайно выдать свой страх."

"– Теперь ты узнаешь, что такое наказание! – громко выкрикнул он, глаза его сверкали такой ненавистью, что Ангелине, по-настоящему, стало страшно. Если раньше она боялась, что он сделает ей больно, то сейчас, она боялась, что он способен ее убить.