Но Сфера тогда находилась на подъеме, и этот громкий скандал сам по себе привлек много дополнительных игроков.

— Второго тоже знаю. Трогг? — спросил Комтур.

— Да. Один из топов русского Хирда. Получил Кровь от гномьего бога — ну и сам играл аватаром цверга, собственно. Проявил архетип Полубога во время войны с Черными, не так давно. Тоже есть ролик… Его не могли убить целым кланом — Трогг получил сверхзащиту, что-то вроде неуязвимости. К сожалению, устал от Сферы, временно не играет.

— А вот третий под вопросом. Ходят упорные слухи, что Полубогом стал Сир Мьольнир, лидер одного из сильнейших альянсов англоязычного сегмента. Неизвестны ни способности, ни Бог, от которого он получил Кровь. Держит все в тайне, использовалось лишь однажды — во время битвы с «Пандорумом». Бой тот они все равно проиграли, но о подробностях обе стороны упорно молчат. Однако киллрейтинг не обманешь — там высветились совершенно неприличные данные, был сделан вывод о наличии у Мьольнира такого архетипа.

— Значит, Тао хочет стать четвертым, — задумчиво сказал Енот Балиан. — Мы и так-то с ним еле справлялись, а если Ананизарта бафнет его Кровью, он вообще нас снесет нахрен.

— Принято, — без улыбки сказал Комтур. — Эйр отдавать нельзя. Есть идеи?

— Буду думать. Пока можем подраконить их с помощью Кота. Совместим приятное с полезным. «Панды» с меня не слезают, требуют обещанные души!

— Опасная это игра. — проворчал Комтур. — Фарм душ привел к разрушению Таэрланда, сам знаешь.

— Да. Но там масштабы были другие — целые фракции под ноль вырезались. Мы же откусим вот столько, чуть-чуть. Сто душ, может, двести.

Олаф тихо, зловеще улыбнулся.

— Где, кстати, этот самый Кот? Давно его не видел. Панды теребят уже.

— Застрял в реале на праздники. Какие-то проблемы у него. Говорит, скоро будет.

* * *Семья благоверной — отец, мать и семнадцатилетний брат-оболтус жили в пригороде, в зеленом частном секторе. Моя Алена — офицерская дочка, ее родители вышли на пенсию сразу после окончания конфликта в Забайкалье. Насколько я помнил — это было пятнадцать лет назад, тогда резко сократили численность армии РК, воевать больше было не с кем. Щедрые отступные позволили предкам Алены обзавестись «американским» двухэтажным домом с гаражом и садом, а военная пенсия — вести безбедную жизнь.

Общение наше протекало с небольшим напрягом, я предпочитал свести его к минимуму. Родители хотели Алене другую партию, я не подходил под их критерии. И хотя за два года нашей совместной жизни они вроде бы смирились с выбором дочери, что-то такое все равно проскальзывало. Короче, своим я не стал, да и не пытался особо, честно говоря.