Синоптики, видать, не предупредили. И странно, почему их ничему не учит жизнь? Прошлого раза, видать, не хватило. Не показалось странным и то, что дождь как-то странно пахнет, явно не водой.

Иномирцы продолжили наступление, как ни в чем не бывало, хотя большая часть армии уже была облита пахучей жидкостью. В то время, как наш самолет, что завис на огромной высоте, практически опустошил свои баки. После чего команда принялась опустошать багажное отделение, практически доверху забитое коробками с эмблемами в виде герба Хорьковых.

Жалко ли мне вот так выкидывать дорогие снаряды? Безусловно, душа болит оттого, насколько расточительно мы тратим такой товар. И это именно товар, ведь использовать эти снаряды нам не на чем. Подогнать технику Хорьковы не успели, а боеприпасы лежали там именно для специальных пушек и ракетниц.

В трюме самолета уместилось немало таких снарядов. Они аккуратно расфасованы по ящикам и бережно сложены в стальной контейнер, что с трудом протиснулся в зев багажного отсека. Собственно, этот контейнер вниз и полетел.

Как-то раз по телевизору видел фейерверк. В столице отмечали какую-то круглую дату, и по этому поводу в воздух стали запускать специальные ракеты, что взрывались в небе тысячами разноцветных огоньков. Красиво, ничего не скажешь. Но наш Архангельский фейерверк превзошел столичный в сотни раз. И огоньков получилось больше, и хлопок громче. И главное, над полем боя, там, где раньше стоял вражеский форт, теперь поднимается огненный гриб.

— Как это… Красиво… — послышался заспанный голос мага земли. Людвиг не смог пропустить такое зрелище и пришел вместе со мной посмотреть на экран.

Теперь помимо толп голубей, на стенах будут изображены такие вот взрывы.

— Черномор, — не обратил внимания на зависшего Людвига. — Вот ты скажи мне. А зачем мы выбросили такие мощные снаряды? — Они действительно мощные, я явственно ощутил ударную волну, даже находясь в замке. Причем, какие там последствия, остается лишь догадываться.

Большую часть разведчиков просто сдуло, голуби попадали на землю поодаль, и большая часть камер сейчас неактивны.

— Почему они так мощно бахнули? — толкнул в плечо зависшего старика. Он смотрел на изображение с единственной рабочей камерой и не мог отвести свой взгляд, — так ведь и должно было быть, да? Ты же сам лично отмерял, сколько снарядов мы можем сбросить на иномирцев."

"— Сам лично, да… — проговорил потерянным голосом Черномор. — Но такого, — указал он на экран. — Такого быть не должно было…

Постепенно голуби начали приходить в себя и подниматься в воздух, показывая нам последствия взрыва. И что я могу сказать… Города больше нет. Форта тоже. Ничего нет.