Будто это я к ней прилип, а не наоборот.

- До свидания, - брякнул я быстро и поспешила к выходу с территории дома, за которой меня ждала Авдеева. – Я думал, ты не станешь меня ждать.

- Как я могла такое пропустить? – усмехнулась она.

- Ревнуешь?"

"- К бабе Маше-то? - она ехидно улыбнулась. Мы шли в ногу в сторону её улицы. Немного помолчав, она вдруг загадочно, с хитрой улыбкой посмотрела на меня. – Кстати, ты же не будешь против, если я буду звать тебя Прохором?

- В смысле? Почему?

- Ты сегодня всех местных бабок с ума свёл…

- Иди-ка сюда!

Я рванул за ней, а она от меня.

Пьяная Авдеева – это что-то новое и ранее неизведанное. Лёгкое и воздушное.

Бежит, визжит и смеётся.

Оборачивается, чтобы убедиться, что я всё ещё бегу за ней.

Видит меня совсем рядом, снова взвизгивает, подпрыгивая пугливым зайцем, и бежит с большей скоростью, пока я, почти теряя тапки, пытаюсь успеть за ней.

Поймал её под деревом у одного из домов. Прижал смеющуюся Авдееву спиной к стволу и, уперевшись ладонью о кору дерева за её головой, заблокировал ей возможность снова от меня убежать.

Мы тяжело дышали, глядя друг на друга и продолжая тихо подхихикивать.

Авдеева теребила в руках ручки сумки, всё так же порванной стеклом, а я, как завороженный, убрал с её плеча рыжую кудрявую прядь. Коснулся пальцами тонкой кожи шеи, под которой ощущался бешеный пульс, синхронный моему. А взгляд сам собой устремился к её распахнутым губам.

К ним-то меня и потянуло.

Я видел, как она ела черешню перед нашим уходом. Стало любопытно, остался ли вкус ягод на её губах? Ведь я так и не успел их попробовать. Может, сейчас получится?

Подушечкой большого пальца я провел по её упрямому подбородку. Сколько раз во время наших ссор она гордо его вздёргивала – не сосчитать.

Авдеева замерла. Её взгляд так же скользнул к моим губам и искры веселья сменились искрами совершенно другого характера.

Меня с новой силой потянуло к ней. До распахнутых губ всего несколько сантиметров.

- Я не настолько пьяная, Титов, - вдруг бросила она холодно. А затем тише, как секрет, который должен остаться только между нами, добавила. – Но попытка хорошая.

Она нырнула мне под руку и вновь пошла в сторону дома.

Глава 16. Любовь

Глава 16. Любовь

Хорошо в деревне летом.

Особенно хорошо с утра пораньше с кофе в руке, когда ещё не налетела мошкара и уже прошло время комаров, любящих полакомиться на рассвете и закате.

Я сидела на улице на скамейке за столом. Горячий кофе приятно ласкал вкусовые сосочки, пока те, что на груди, затвердели от бодрящей утренней прохлады.

Или дело в воспоминаниях о вчерашнем вечере?

Титов хотел поцеловать меня для фарса или потому что так подсказало его сердце? Если подсказал другой орган, то я, наверное, даже больше обрадуюсь.