Ведь кто в здравом уме будет нападать на корабль пиратов?

Зомби, гончие, скелеты, простые умертвия, неудачные результаты опытов юной девушки-некроманта. Вся эта нечисть быстро заполонила сначала главную палубу, потом мертвецы ринулись вниз, забираясь во все, даже самые тёмные уголки корабля.

Тем временем самолет завис над береговой линией и снова открыл люк, в который я, вместе с Защитником и Черномором, тут же запрыгнули. Машина снова отправилась к кораблю и высадила нас на опустевшей палубе.

Несколько минут, и всё вокруг стихло. Крики людей, взрывы, стрекот пулеметов.

Всё это замолкло сразу, стоило нам оказаться на корабле. Могло показаться, что все здесь вымерли, но это не так. Я чувствую, как минимум, шестьдесят сердцебиений. Кто-то смог закрыться в каюте, кто-то спрятался на кухне в духовом шкафу, но больше всего противников находилось в машинном отделении.

Туда мы отправились в последнюю очередь. Первым делом произвели зачистку небольших помещений, куда зомби не смогли пробиться своими силами. Доставали визжащих пиратов отовсюду, двое даже залезли в вентиляцию, и с ними пришлось повозиться.

Но в конечном итоге просто подсадили двух гончих, и они от души полакомились орущим мясом, что застряло в одном из узких проходов.

Только зачистив весь корабль, мы пошли вниз, где за мощной стальной дверью укрылись оставшиеся сорок шесть человек. Зомби расступились, пропуская меня к двери, и замерли, в ожидании дальнейших указаний. Управление над ними я забрал у Белмора, всё же мне отсюда виднее, куда нужно направлять силы.

*Тум-тум*

— Есть кто живой? — постучался я в дверь. Но ответом мне была тишина.

Они меня что, за дурака держат? Интересно, надеются на то, что мне надоест стучаться и я просто уйду? Или они подкрепление ждут… — Чего молчите? Вас там сорок шесть человек, я знаю!

Нет, всё равно молчат. Хотя сердцебиения стали чаще, а значит, они меня слышат и боятся.

— Ну что, стоило оно того? — усмехнулся я. — Знаете, я понимаю, что среди вас только ремонтники, механики и прочий обслуживающий технический персонал. Все боеспособные мертвы, и защитить вас теперь некому.

Усилив чувствительность слуха, я услышал, как они там перешептываются.

На карибском языке, разумеется. Испуганный голос переводит остальным, чего такого я говорю. И от осознания этого на моем лице появилась улыбка.

— Ты бы так не улыбался, Михаэль, — Защитник невольно вздрогнул. — Мне теперь за них стало страшно.

— Привыкнешь… — хмыкнув, вздохнул Черномор.

— А ведь знаете, я обычно не убиваю ценных работников. Даже немного жалко, ведь вас можно пристроить на работу, — действительно, жалко, когда пропадают ценные кадры. — Но вас, сволочей, не пощажу.