— Вилли уже выделил артефакторов? — уточнил я. — Всё-таки корпус корабля большой, можно вместить немало рун.

— Да, минимум двое как раз изучают чертежи будущих кораблей и разрабатывают систему рун и артефактов, чтобы корпус был прочнее, а сам корабль быстроходнее, — кивнула девушка.

И это будет нашим конкурентным преимуществом. Ведь если груженая баржа будет едва касаться воды и мчаться наравне с быстроходным катером, ей даже не придется защищаться от рыболюдов. Всё равно не догонят. Плюс современные двигатели, защищенная от помех система навигации, всё это позволит нам ворваться в рынок морских перевозок, как говорится, «с ноги».

Мы еще некоторое время посидели у камина, после чего меня вместе с каталкой вынесли на балкон, чтобы своими глазами мог увидеть весь масштаб очередной проблемы. А там, внизу, расположился обновленный лагерь для новоприбывших. Даже не знаю, это какая-то традиция уже. Надо будет вместо шатров расположить здесь нормальные каменные постройки, чтобы людям было комфортнее ждать проверки и дальнейшего расселения по графству.

— Откуда вы их берете? Меня ведь даже не было здесь! — возмутился я. Еще бы, ведь в лагере несколько тысяч человек, пришлось даже устанавливать дополнительные палатки для них.

— Так это норвеги, — пожала плечами Вика. — Помнишь как-то во время застолья ты предложил одному клану переехать к тебе? — усмехнулась она.

— Было такое… Но очень давно, у нас тогда людей критически не хватало.

— Ну вот, они решились и приехали, — развела руками она. — Как-то так.

— Я понимаю, что решились… Но с каких пор у них в кланах по десять тысяч человек? Это что за кланы такие вообще? — возмутился я.

— Нет, они просто друзей с собой позвали. А друзья тоже друзей позвали. И получилось как-то так, — она указала на собравшихся внизу людей. — Видишь, какие отчаянные?

— Я так понимаю, проблем с моряками у нас теперь точно не будет, — усмехнулся я.

— Больше тебе скажу… — Вика достала папку и оттуда выудила стопку бумаг. — Вот отчет после опроса о профессиях. Тридцать процентов — моряки!

— Ожидаемо, — кивнул ей.

— Да, но еще тридцать — рыбаки! — рассмеялась она.

— Да я вижу отчет, но меня мучает другой вопрос, — задумчиво проговорил я.

— Вопрос, почему еще тридцать процентов — это морская пехота? — усмехнулась девушка. — А девять — это дети?

— Чего-то подобного я от них и ожидал. А вот это — неожиданно, — указал на одну отдельную позицию. — Что это за норвег такой? Что произошло в жизни этого бедолаги?

— Ну, у них есть один стилист, что в этом такого?

Что в этом такого? Как он вообще выжил в таких условиях? Я видел норвегов, общался с ними. И они не похожи на тех, кому требуются услуги стилиста.