У каждого из пяти, без сомнения, куча извращенных планов на ее счет.

Под конец Макс объявил, что секс в зале не запрещен, и Марго уставилась на него безумным взглядом.

– Но заложница перед этим должна вслух сказать, что она хочет этого. И добавить «зеленый», – тут же уточнил он.

Отлегло. Хрен им, а не секс.

Но какого черта, что они задумали?

Тимофей и Дима подошли с кучей металла в руках и завершили сковывание: кроме ошейника, добавили широкие браслеты наручей на каждой руке, пока с разомкнутой цепью, и такие же жесткие металлические поножи. От холодных и тяжелых игрушек по всему телу пошли мурашки, и стало опять не по себе.

Переводя взгляд с одного дома на другого, Марго вдруг до смерти испугалась, что первым будет Макс. Но это слишком жестко: она не могла с ним сейчас играть, надо морально подготовиться.

Нет, это не он – к ней уже шел Миша…

– Ты в порядке? – тихо спросил он, когда поднял ее за руку с дивана.

Внутри все сжалось, но голос Ника стоял в ушах, безжалостный и четкий: «Все должны видеть, что у меня воспитанная рабыня».

– Да, мастер, – пробормотала она."

"Даже зная, чего ждать от Михаила, она была ужасно смущена тем, что он творил. После короткого разговора Ник сдержал обещание и защитил ее – но, конечно, этот хитрый дом и не планировал публичного секса с самого начала.

Вместо этого он делал нечто еще более непристойное. Повернув ее лицом ко всем остальным мужчинам, сидящим на диванах и не скрывающим удовольствия, он внаглую изучал ее тело здоровенными ладонями, одобрительно комментируя вслух все, что ощупывал, но каждая фраза была на грани фола.

Хуже всего было то, что другие с удовольствием приняли участие в обсуждении ее «сочных сисек», «сладкой жопки» и того, что можно сделать с ее телом, которое Миша вертел в руках.

– Она мокрая? – осведомился небрежно Тимофей. – Я бы сейчас…

– Ага, – отозвался Миша, бесцеремонно задрав платье и ощупав поверх трусиков. – Мокрая и горячая.

– Потискай ей попку, она хочет, – весело заметил Макс, и Марго ошеломленно уставилась на него.

Предатель. Он же близкий друг Ника, как не стыдно. Если еще и он перевозбудится, ей конец.

Но Михаил, в отличие от нее, ничего не имел против советов Макса. Быстро задрал платье до талии, сильно сжал обе ягодицы и смачно шлепнул.

Не удержавшись от вскрика, Марго потеряла равновесие и рухнула на четвереньки на мягкий диван, а Миша содрал с нее платье и намотал на руку волосы, поднимая, чтобы все полюбовались грудью.

– Нижняя, тебе нельзя на меня так смотреть, – весело заметил он, когда прочитал в ее взгляде угрозу убийства.

Все же вняв безмолвному посланию, дальше Михаил стал играть чуть полегче, понемногу раздразнивая тело.