Боже, мне с ним не иметь никаких дел, какого фига я думаю о своих шрамах? Долбанутая.

Кажется, еще никогда я не одевалась так быстро. Не знаю каким образом осмелилась не только выпрямить осанку, но и взглянуть в лицо не скрывающему усмешку мужику.

– Утолите мое любопытство, Ксения Андреевна, вы почему без штанов оказались?

– Принимала воздушные ванны.

– Что-то типа проветривания?

– Оно самое, – надеваю на ноги балетки, как вдруг до меня доходит. – Не надо, – выставляю ладонь вверх.

– Что?

– Снимать штаны. Вам не надо ничего проветривать.

– Думаете?

– Уверена. А теперь вы утолите мое любопытство. С какой целью вернулись, Вячеслав? У вас так остро встал вопрос денег, что вы решили напомнить мне о срочном переводе?

– Встал. Но не вопрос денег.

Молчать! Не вести никаких диалогов с этим переросшим извращенцем.

– Забыл перенести наш с вами завтрашний сеанс на вечернее время. У вас прием до семи. В шесть можно? – нельзя, нельзя, нельзя!

– Мне казалось, мы решили, что вам не нужна помощь психолога.

– Разве задача психолога не слушать и слышать, а, Ксения Андреевна?

– И?

– Ну я же сказал, что человек слова. Пообещал, значит выполню.

– Не хотелось бы вас огорчать, Вячеслав, но у меня плотная запись. И я не могу принять вас вечером.

– Ну может, вы посмотрите в свой ежедневник? Неужели нельзя ничего сделать?

Важная шишка… Как он там говорил? «С ментами покончил»? Дядька явно родом из девяностых, когда все вопросы решались известным способом. Если уж начала, то надо идти до конца.

– Хорошо. Приходите к шести вечера.

– Вот и славненько, – улыбнувшись, произнес мужчина и подошел к двери. Остановился и перевел на меня взгляд. – Забыл, еще же одно дело было. Важнее этого.

Я не сразу поняла, куда он намылился. Но когда у него в руках оказалась свинья, а точнее камера, я поседела. Ей-Богу!

– Тут получу ответ, почему без штанов оказались. Сразу забыл забрать, – ну все, мне кабздец.

– Положите, пожалуйста, на место. Это не то, о чем вы подумали.

– А о чем я подумал?

– Возможно, о том, что я ищу какой-то компромат на обеспеченных людей. Это не так. Камера здесь нужна для того, чтобы клиент, не зная о том, что ведется запись, был откровенен и потом пересматривал то, о чем говорит.

– Да я так и подумал. Вот и посмотрю.

– Но у нас с вами не было никакого сеанса. Там нечего смотреть. Отдайте, – тянусь за свиньей, но Вячеслав, мать его Викторович, поднимает копилку вверх. – Я сотру все при вас.

– Пф… так неинтересно, Ксения Андреевна. Так уж и быть, обещаю не смотреть чем вы тут занимались без штанов и отдать вам эту запись. Но при одном условии: завтра вечером, после сеанса мы идем вместе ужинать в какое-нибудь хорошее место. Я сам выберу куда. Без интима.

– Это непрофессионально. Более того, я сказала, что замужем.