Очень долго я ничего не понимал, а потом встретил того человека, который сделал это со мной. И он сказал, что ты тоже теперь здесь! Что тот, кто занял мое место в родном мире, бросил тебя, и ты была одна. Но потом он и тебя перетащил в этот мир! Только вот ты живешь в браке с нелюбимым, еще и родишь от него скоро… Я тогда чуть с ума не сошел от горя, но решил не сдаваться. И вот, когда вы с ним переехали сюда — устроился почтальоном в районное отделение, чтоб иметь возможность быть рядом с тобой. Ты даже не представляешь, как я был счастлив снова увидеть тебя, дорогая!

— Погоди-погоди, — протянула я, хмуря брови.

 — Так получается, та бабенка, с которой ты мне изменял, и на которой женился… На ней женился уже тот, кто прибыл вместо тебя? Ты же…

— Виолетта? Риточка, родная, ты что? — охнул Пашо-Демьян, буквально хватаясь за сердце на грани обморока. — Как ты могла подумать такое? Конечно же нет! Она для меня ничего не значила, я всегда любил только тебя! Просто так вышло, что ты уехала тогда на месяц в командировку, и мне было тяжело. А тут появилась Виолетта, утешила меня, помогла пережить одиночество. Не мог же я целый месяц терпеть, а она такая вся эффектная, сексуальная… вот и попутало меня.

Но у нас с ней был просто секс, не более! Ни с одной из тех девушек, с которыми я спал на стороне по разу-другому, у меня не было ничего большего, чем с тобой, я ведь всегда-всегда после них к тебе возвращался, даже не говоря тебе о таких мелочах. И когда ты приехала из командировки, я только убедился в этом. Ты — моя судьба. Я уже собирался с Виолеттой расстаться, когда случилась вся эта дрянь с попаданием в другой мир. А то, что тот парень, с которым я поменялся, решил бросить тебя и остаться с ней — так это уже был не я, понимаешь? Потому предлагаю сейчас забыть обо всем и попробовать снова. Что скажешь?

— Что скажу? — задумалась я, слегка наморщив лоб. — Скажу, что хочу от своего мужа второго. Ну а ты? А ты иди в пень!

Возможно, мне просто показалось из-за шока, причиной которому было большое количество нахлынувшей информации. И все же, у меня сложилось четкое впечатление, что Паша остолбенел, выпучив глаза в самом искреннем неверении, на которое вообще способен человеческий организм.

— О чем ты, милая? — наконец пробормотал он, снова хватая мою руку, которую я у него брезгливо выдернула.

— Убирайся, будь добр. Сию же секунду. И не смей более даже напоминать мне о своем существовании. Договорились?

— Родная, ты что?

— Блохастая шавка в подворотне тебе «родная», а с тобой мне просто не повезло иметь что-то общее в определенный жизненный период, — отчеканила я, резко встав на ноги.

— Неужели ты злишься?

— Злюсь? Не сказала бы, — фыркнула я. — Просто не желаю, чтобы наши пути более пересекались. Этого мне хватит, спасибо.