У меня пять кораблей, которые постоянно совершают рейсы по всему миру. За мной не стоит никакого знатного рода или торгового клана. Мы всегда были сами по себе, что иногда доставляло мне проблемы, — и поясняя мне, как самому младшему, — все хотят халявы, чтобы им приносили деньги, за то, что они просто есть.

— Ясул, ты хочешь сказать, что никому не платишь? — с сомнением спросил граф.

— Конечно плачу, но не всем. А только тем, кто реально может помочь мне при возникновении проблем.

— Где ты научился сражаться? — спросил Зес. — Я никогда не видел такой техники.

— Это не секрет, с детства мой отец записал меня в школу к одному индусу.

Моя семья обеспеченная и ни в чем не нуждается. Поэтому своим детям я, как и мой отец, даю самое лучшее. Так вот, тот индус был мастером боевых искусств. Я был посредственным учеником и мало чему успел научиться, но это помогает мне выжить при нападении пиратов или бандитов с большой дороги. Всё моё умение сражаться связано с постоянными стычками.

— Но, как я вижу, — указывая на пузо торговца, сказал Зес, — в последнее время этих стычек очень мало.

— Всё верно. Я перестал ходить по опасным маршрутам.

Лучше иметь стабильный заработок, чем раньше срока отправиться к Всевышнему.

— Верное замечание, — сказал Зес. — Тебе придётся подтвердить все свои слова магическим договором. После этого, я думаю, барон отпустит тебя. А сейчас нам нужно поговорить с этим молодым человеком.

— Да-да, не буду вам мешать. Я буду находиться в двадцати метрах от вас. Мне меньше всего хочется, чтобы из-за ваших секретов у меня были проблемы.

— Ты ему веришь? — спросил граф у Зеса.

— Я не услышал в его истории ничего удивительного. Сегодня его собирались убить также, как и нас.

И я видел, как пару раз он был на волоске от гибели. А то, что он нам чего-то не договаривает, так это нас не касается. Мы не исповедовать его собрались, а просто узнать представляет он для нас угрозу или нет. Эту ситуацию с морфом вообще никто не мог предсказать.

— И не говори, — согласно кивнул граф. — У меня ещё было желание посмотреть внутрь бочки, но потом как-то всё закрутилось, что я забыл об этом. А потом посчитал это бессмысленным. Ладно. С торговцем, вроде бы, всё решили. Пусть живёт, хотя я бы лучше избавился от лишних свидетелей.

 — Потом он посмотрел на меня и махнул рукой. — Вырастешь, поймёшь. Слишком часто оказывалось, что первое решение самое правильное.

— Я Вас услышал, граф. И благодарен за то, что Вы сохранили ему жизнь. И, как говорят в Африке, пусть нас рассудит время. Так о чём Вы хотели поговорить со мной?

— Да, — перешёл к делу Ля Фисто, — у меня появился к тебе вопрос такого характера. Когда ты услышал, как называется раса существа, находящегося в бочке, ты не выглядел удивленным.