Госпожа Эрмин ворочалась и вздыхала, Эраст Петрович тихонько пощелкивал своими четками – восстанавливал внутреннюю гармонию. Не хочет спать – его дело. Ровно через два с половиной часа, как условились, я сдал ему пост и сразу уснул. Перед пробуждением мне снилась рыжая лисичка. Она сначала меня обнюхала, сверкая шальными глазенками, потом повернулась задом и стала мягко, щекотно водить своим пушистым хвостом по моему носу. Я чихнул и открыл глаза.

Надо мной низко склонилась Эмма. Она дула мне в лицо."

"– Пора, – прошептала она. – Мы с вами уходим. Держу пари, что, как только за нами закроется дверь, красавчик-брюнет переберется на кровать. Ну а у нас есть дела поважнее.

Было уже не рано. В окно светило яркое солнце.

Эмма сразу повела себя так, словно она начальница, а я подчиненный. Я не возражал. Меня это даже забавляло.

Действовала она очень уверенно.

Сначала велела портье выяснить, где в декабре проходила выставка, устроенная Клубом Потомков Корсаров. Через минуту у нас был адрес.

Потом не позволила мне взять извозчика.

– Мы должны проверить, нет ли слежки. Очень надеюсь, что есть. Тогда мы сами последим за следящими. Я послежу, – уточнила она. – У меня это получится лучше.

Я улыбнулся, спорить не стал.

– Как же мы это сделаем?

– Идите в сторону Оперы. Я отстану. Никто меня не заподозрит. Идет себе какая-то финтифлюшка, и идет. Тем более, вас они знают, а меня нет.

Я перестал улыбаться. Вот это было уже соображение веское. Действительно, кому придет в голову, что субтильная рыженькая барышня – сыщик?

Так мы и сделали.

Я деловитой походкой дошагал до конца улицы, повернул на бульвар. Через пару минут меня догнала Эмма.

– Никого нет. Я бы заметила. А может быть, я запалилась.

Она все время перескакивала с английского на французский, потом обратно.

Я не понял слово «grillé», и она объяснила:

– Если гостиничный портье работает на них, он мог меня спалить. Ну, дать им знак. Согните локоть, я возьму вас под руку.

Мы пошли рядом, будто гуляющая парочка. Солнце светило совсем не по-январски, воздух нагрелся, и моя спутница вынула из-под пальто маленький кожаный веер, стала обмахиваться. Я никогда раньше таких вееров не видел, присмотрелся – между складок было вклеено маленькое зеркало. Оказывается, Эмма внимательно наблюдала за тем, что сзади.

– Простое и полезное изобретение, – одобрил я. – Но сыщику мужского пола оно, к сожалению, не пригодится. Европейские мужчины не обмахиваются веерами.

– Из мужчин получаются паршивые сыщики, – ответила Эмма. – Вы слишком полагаетесь на силу, а в нашей профессии требуются совсем другие качества.

– Какие же? Научите, – иронически улыбнулся я.

– Те, какими ваш пол обделен. Интуиция, понимание людей, беспозвоночность.

Последний термин меня очень заинтересовал.