Но это я поняла только, когда поперхнулась бренди. Алкоголь ударил в горло, и я опять закашлялась. Потом сделала еще один глоток, более мелкий, и с надеждой поинтересовалась:

– На Амелии?

На меня так выразительно посмотрели, что я сразу осознала, как глупы и тщетны мои чаяния. И горестно вздохнула.

Не то чтобы я хотела отдавать своего чернокнижника сестре. Или Мелли моему попугаю. Это как посмотреть. Но и замуж за него… Нет, я не согласна. Я не хочу выходить замуж из-за авантюры, которая вышла боком. Я не хочу всю жизнь провести с человеком, который меня не любит. Я не хочу… Не хочу, чтобы в один прекрасный день он меня возненавидел за то, что я лишила его свободы.

– Рад, что мы с вами пришли к взаимопониманию, – одобрительно улыбнулся словам чернокнижника дед, а я вдруг поняла, что если так и буду печально хлебать дедушкин бренди, то моего мнения в принципе никто не спросит.

– А со мной? – прошипела я. – Со мной к взаимопониманию приходить не надо?

Реакция была такая, словно неожиданно заговорил стул. Стоял-стоял посреди комнаты и вдруг неожиданно решил пообщаться. Вот только я-то стулом не была.

– Кассандра, – с нажимом проговорил дед, – ты же умная девочка и прекрасно понимаешь, что в данных обстоятельствах это единственный выход.

– Не понимаю, – резко включила несознательность я.

– Почему ты упрямишься? Рейстлин прекрасный человек, умный, с хорошим положением в обществе, родословной, – начал перечислять герцог, с каждым названным качеством зля меня все больше.

– Ты еще зубы предложи у него посмотреть, – ехидно предложила я, чем вызвала у обоих мужчин одинаковое недоумение.

– Зачем? – дружно поинтересовались они.

– Если уж мужа надо выбирать, как коня, по родословной, силе и выносливости, – со стуком поставила порядком надоевший бокал на стол я. Капли алкоголя пролились на стол, но я даже не обратила на это внимание. Нет, я не собиралась успокаиваться. Я, в конце концов, ведьма. Меня нельзя выдавать замуж только потому, что это кому-то показалось удачным способом спасти мою репутацию.

– Твой характер мне неплохо выносить удается, – хмыкнул вдруг Рейстлин, казалось, ничуть не испугавшийся гнева раздраженной ведьмы. А вот следовало бы!

– Тебя никто и не просит, – показала ему язык я. Глупо? По-детски? Ну и пусть. На детях зато не женятся!

– Кассандра! – дед тоже начал злиться, но мой гнев был сильнее. Он хотя бы был праведный. Потому что я права! Я не статуэтка, которую можно переставить с место на место. Я живая, и у меня есть свое мнение.

– Лорд Энтони, – неожиданно обратился к деду новоявленный жених. – Можно мы с вашей внучкой поговорим наедине?

– А не боишься? – приподнял брови дед и тут же сделал вид, будто ничего не говорил. – Хорошо, я вас ненадолго оставлю. Библиотеку только мне не разнесите.