– Что случилось? Кэлли, Джеймс оценил ваш отчет по своим собственным меркам, не принимая во внимание ваши неоспоримые женские качества...

– Вы считаете, что я работаю по-дамски?

– Нет.– Мэгги вымыла последнюю чашку.– Я недостаточно хорошо знаю вас, чтобы сказать что-либо определенное. Просто, я думаю, что если вы серьезно хотите стать архитектором, вы должны еще немного поработать.– Она вытерла руки.– Ну, ладно. Джеймс говорил о десяти минутах, они уже почти прошли. Он терпеть не может ждать.

– Я ухожу – Кэлли улыбнулась.– Намек поняла.

Мэгги проводила ее к выходу, переполненная оптимизмом оттого, что смогла отстоять интересы Джеймса перед лицом самых блистательных усилий Кэлли.

Она в спешке прошлась по квартире, проверяя водопроводные краны, газовые горелки и свет.

Когда она вернулась, Джеймс стоял в гостиной, держа в руке ее куртку.

– Зодчество выпроводило Мату Хари [3]? – мельком глянул он в сторону выхода.

– Г-мм,– улыбнулась Мэгги.– Она не такая уж и плохая.

– В ней таится опасность!– возразил он.– Мне не хотелось бы иметь ее у себя в штате. Ладно, пошли.

Он подал ей куртку в своей обычной блестящей манере.

Как только она оделась, Джеймс притянул ее к себе.

– Подожди.– Он смотрел на нее чуть сверху пронизывающим взглядом.– Любимым разрешаются маленькие вольности.

Он стал медленно тянуть вверх застежку-молнию, и его длинные пальцы, пока молния застегивалась, касались ее живота и груди.

Мэгги не могла вздохнуть от этого чарующего прикосновения. Взгляд ее не отрывался от блестящих черных волос на тыльных сторонах его ладоней, а ее встревоженное сознание не ощущало ничего, кроме легкого движения его пальцев.

– Чуть ослабим.

– Его спокойный голос смягчил ее нервное напряжение.– Обрати внимание на это.

Когда молния была, наконец, застегнута, Джеймс взялся за нижнюю часть ее куртки – и одернул. Его рука вновь коснулась мягкой выпуклости ее живота.

Во взгляде Мэгги сквозила слабость. Но она знала, что он не в состоянии ощутить напряжения ее мышц.

С одобряющей улыбкой посмотрел Джеймс ей в глаза, обняв за плечи и подталкивая к двери.

– Пойдем, Мэгги. Впереди у нас целый день. Мэгги послушно пошла, оставив без внимания его замечания о «целом дне».

Каждый день рядом с Джеймсом был целым днем. Это интуитивно заставляло ее о нем заботиться."

"Когда она решилась позволить ему стать своим возлюбленным, она думала, что их физическое единение произойдет в спальне. Она не была готова к тому, что случайные ласки отразятся на работе, вызывая необходимость постоянно скрывать проявления ее чувств.

«Черт побери»,– выругалась она про себя, выйдя за дверь впереди Джеймса. Казалось, что сложная, но вовсе не непосильная, обычная работа быстро становилась противной.