Вот и сели мы куковать — на шоссе живой души не видно. Водитель наш, видать, только по коровам техник — никак таратайку свою починить не может. А жене уж совсем некуда стало. Тут-то, на наше счастье, и является Прохоров — на мотоцикле чешет. Ну, естественное дело, голосую я ему, остановился. Упрашиваю его посмотреть машину. Нет, говорит, спешу я, давай, говорит, из ближнего села позвоню тебе на работу, чтобы машину прислали. Я ему объясняю, что работаю, мол, в охране, и сроду у нас машин никогда не было. Черт с тобой, говорит Прохоров, посмотрю. Посмотрел. Лопнула, говорит, пружина молоточка. Потом задумался ненадолго, но глубоко так задумался, бормотнул, что долг, мол, платежом красен, а потом снял со своей мотоциклетки какую-то штуку, достал инструменты и за несколько минут починил колымагу. А жена уже в крик заходится. Я ему пятерку протягиваю, а он смеется — не надо, мол, дружбой сочтемся, в гости к крестнику приду. Так вот и познакомились.

Лист дела 78

В кабинетике Кандаурова было сумрачно, прохладно, тихо. Я достал из сейфа небольшую картонную коробку, опрокинул ее над столом. С медным звоном посыпались зло-тупорылые, жирно поблескивающие патроны.

— Эти? — спросил я. Березко молчал.

— Ну, Березко?! — каким-то свистящим шепотом повторил я.

— Эти, — сдавленно сказал Березко.

— Сколько?

— Я дал ему штук шесть… — тихо ответил Березко."

"ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА Березко П. М.

…Вопрос. Просил ли он у Вас что-нибудь во время разговора по телефону из Риги, а затем когда приехал во Львов?

Ответ. Единственное, что Прохоров у меня спросил, это не могу ли я дать ему «маслят», так он называет патроны. Они ему были нужны для охоты, у него есть нарезное ружье. Я сказал, что подумаю. Когда Василий приехал ко мне, он вернулся к этому разговору. Правда, у меня дома было только шесть или семь патронов, я ему их и отдал.

Вопрос. Каких патронов?

Ответ. Автоматных.

Вопрос. Где остановился Прохоров во Львове?

Ответ. К. себе я его пригласить не мог, так как у нас одна комната, но Василий сказал, что для него это не проблема, ему есть где устроиться. А я, честно говоря, впоследствии даже забыл его спросить об этом…

— Ваш приятель, так называемый. Василий Иванович Прохоров, — бандит и убийца! — сдерживая ярость, сказал я съежившемуся, помертвевшему от ужаса Березко. — В Риге он последними патронами убил человека. А вы, Березко, вооружили его снова!

Вдавившись в кресло около моего стола, Березко загипнотизированно смотрел на меня своими васильково-синими глазами, он разводил руками, судорожно и безмолвно открывал рот, будто хотел сказать: «Не может этого быть!» Но так ничего и не сказал.

— За безответственное отношение к боеприпасам я должен буду отдать вас под суд. Ваши автоматные патроны подходят для его пистолета.