Затем ремень на своих. Еще несколько десятков секунд возни — и мы действительно становимся одним целым.

Соприкасаемся лбами, дышим друг другом. Тихо стонем, извиваемся, не перестаем осыпать друг друга поцелуями.

— Даша, я люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Оргазм приближается очень быстро, низ живота пылает. Я смотрю на усыпанное миллионом звезд небо и ощущаю себя где-то на другой планете. Среди них, этих звезд. Там нет отца, Марата, заводов… Там только я и мой самый любимый мужчина в мире.

— Кончи в меня, — прошу.

Не знаю, зачем говорю это. Если я уже беременна, то не имеет значения. А если не беременна, то… не знаю. Просто хочу, чтобы Витя сделал это.

И он кончает в меня. Одновременно сотрясаемся блаженной лихорадкой, глотаем жадно кислород, как будто поднялись со дна океана. Слезинки стекают с уголков моих глаз, и Витя нежно собирает их губами. Затем его тело расслабляется и обмякает на меня.

Сильно-сильно прижимая к себе спину Вити, продолжаю неотрывно глядеть на звезды. Вдруг замечаю, как одна из звёздочек срывается с неба и падает вниз. Звездопад.

— Какое у тебя желание? — спрашиваю Витю, едва шевеля языком.

— Что? — не понимает.

— У тебя есть какое-нибудь желание? Одно.

— Всегда быть с тобой.

Уголки губ тянутся вверх. Обязательно сбудется.

Глава 44. Сознаться

Витя перекатывается с меня рядом на капот. У него выражение лица, как будто пьяный. Да и я пьяна. Еле-еле нахожу силы, чтобы натянуть джинсы обратно. Смолов застегивает ремень и садится. Страстный порыв прошел, теперь настало время говорить по душам.

— Я придумал кое-какой план, — начинает, откашлявшись.

— Какой?

— У тебя же есть загранпаспорт?

— Да.

— Давай уедем из страны? — поворачивает ко мне голову и внимательно смотрит.

На несколько бесконечно долгих секунд впадаю в ступор.

— Куда? — наконец-то отмираю.

— В любую страну, в какую ты захочешь. Если ты боишься, что здесь твой отец не даст нам жизни, то можем уехать туда, где нас не найдут.

Все еще пребываю в шоке от предложения Вити. Я никогда не думала о побеге и об отъезде. Даже так сходу не могу сформулировать свою позицию.

— У меня есть деньги, — продолжает. — Мы сможем жить в другой стране.

Я знаю, что на гонках Витя зарабатывает очень много. Это огромная индустрия, в которой крутятся миллионы. Смолов почти всегда приезжает первым и забирает основной куш. Плюс Витя — фаворит зрителей, именно на него делают основные денежные ставки. При мне Смолов только пару раз приехал вторым или третьим и забрал призовой фонд меньше, чем привык.

К тому же Витя владеет автосервисом. Он не очень большой, принимает на ремонт максимум две машины одновременно. Приносит прибыль меньше гонок, но все же это тоже деньги.

— А что будем делать, когда деньги закончатся? Ты же больше не сможешь участвовать в гонках.