Молодой волчонок пока, но знакомая кровь.

Несу ее в вертолет. Укладываю на сиденье.

Еще раз проверяю. Спит. Обморок перетек в глубокий сон. Реакция организма на стресс.

Звуки глухих ударов, разворачиваюсь.

– Вы ее чем накачали?!– цедит Авдеев, методично избивая одного из похитителей.

Опытный. Удары целевые.

– Ничем. Она сама вырубилась. Ее и пальцем не трогали! Приказ был везти на точку.

– Чей приказ, падла?! Кто послал?! Кто, мать твою, заказ взял в обход меня?!

– Авдеев, пощади!

– Скажи кто и побазарим.

– Муха Алятин!

– Сука!

Крик Авдеева и кулак летит в сторону неудачливого похитителя.

Мужик падает к ногам мажора.

Ловлю занесенную для удара руку.

– Они нужны живые.

Повторяю его же слова и ловлю бешеный взгляд, когда разворачивается. Губы сжаты и желваки ходят, скулы побелели.

– Это моя война, Кац. Не лезь. У меня с этим мужиком свои давние терки.

– Терки, может, и твои, но заказчик мой.

– Заказчик?

– Я уже знаю, кто за этим стоит. Это мои проблемы, Авдеев. Здесь ты твори свое правосудие, а в мое не лезь.

– Правосудие, – губы кривит, – ты точно белый воротничок, Кац?

– Однозначно. Бизнесмен с кристальной репутацией.

Улыбается и в глазах вызов. Не друг, но и не враг.

Знакомая тема.

Кажется, заклятых друзей у меня становится все больше…

Глава 56

Катерина Елецкая

Боль, она часть меня. Пульсирует на языке, что распух, играет на губах. Меня несут на руках.

Куда? Зачем? Не знаю.

Я потерялась в коридорах памяти и все чаще вижу кадры из прошлого в своем тяжелом сне.

Эти кадры размыты, забыты…

Но они всплывают из мрака яркими вспышками."

"Словно получив оглушительный удар, я раскрыла тайну своих воспоминаний. Или это то, про что так много рассказов. Жизнь проскальзывает перед глазами, когда на волосок от смерти...

А может, я умерла в этом жутком багажнике, просто воздух закончился…

Вся жизнь сосредотачивается в крохотном воспоминании из далекого детства.

Оно вибрирует, циркулирует и рождается новой реальностью перед глазами.

Мой дом. Солнце за окном и запах... мама… ее духи, легкие, цветочные, тонкие и невесомые, как и она сама.

Этот запах забивается в ноздри и заставляет оторваться от кукол, с которыми играю, сидя на ковре.

Я совсем малышка, отвлекают голоса с кухни. До меня доносятся обрывки фраз, но я слишком увлечена игрой, не прислушиваюсь, все проходит мимо:

– Как?! Неужели ты настолько жесток?!

Всхлип доносится до меня, мама плачет?

– Не я... Ириша... не я жесток...

В висках боль. Я опять выпадаю и чувствую себя прижатой к чему-то горячему, железному и невероятно жесткому. Стальной запах. Знакомый. Успокаивает.

Словно парю и падаю, оказавшись на чем-то мягком.

– Вернись. Ко. Мне.

Голос. Приказ. Веки свинцовые. Не поднять.

Настоящее. Воспоминание.

Откуда фраза?

Грани реальности стерты.