Все так быстро происходит и вместе с тем очень медленно.

Босой. Полуголый, он замирает под проливным дождем. Смотрит мне в глаза. Опять. И там безумие зверя. Но лишь на секунду.

Нет чувств. Нет эмоций. Ничего.

В его руках пистолет и его взгляд направлен на меня.

Мне кажется, что прямо сейчас Димитрий выносит мне смертный приговор.

Пальба и раскаты грома, слишком много противников напало на резиденцию, целая армия.

Просто на уровне инстинктов понимаю, что перед Димитрием решение:

Убить, чтобы не досталась врагу?!

Эта фраза вспыхивает неоном в моем мозгу, словно передаваясь от него ко мне на ментальном уровне.

Убить, чтобы не досталась врагу…

В ребрах под сердцем боль и холод. Уши закладывает.

А я все смотрю в глаза своему палачу…

Я читаю в них приговор и почему-то знаю, что он не промахнется.

Даже сквозь толпу он попадет в меня.

Зеленые глаза подобны болоту. Затягивают на свое дно, топят, а я все не могу оторвать взгляда от ужасающего мужчины.

Мозг взрывается мыслями: “Что здесь происходит? Это ошибка. С кем меня перепутали?!”

Я смотрю только в глаза Димитрия. В полумраке ночи, среди вспышек страшной непогоды я сталкиваюсь с ледяным взглядом отрешенного мужчины без чувств и эмоций.

Время замерзает, как останавливается и сердце в моей груди, когда в его поднятой руке при очередной молнии сверкает сталь.

Его взгляд. Глаза в глаза. Он смотрит мне в душу, прожигает сетчатку и проникает в мою суть.

И внутри бьется в агонии понимание.

Он меня убьет.

Ни тот, кто продолжает кричать свои угрозы за моей спиной с требованием “дать уйти!” подобно истеричной бабе, а именно Димитрий.

То, как он смотрит. Отчужденно. Холодно.

Что я ему сделала, чем заслужила?!

Слышу, как за спиной рычит мотор. Кроме грома оглушают выстрелы и тела, которые падают с глухим звуком.

Но это все вскользь.

Важен мужчина. Который застыл среди всей этой неразберихи с поднятым оружием.

Выстрел, который будет стоить мне жизни.

Но секунды текут, а Димитрий не спускает курок.

Висок обжигает адское пламя, соприкасаясь с холодом приклада, и что-то горячее заползает в глаза, щиплет.

Больше нет эффекта замершего кадра. Все приходит в движение. Возвращаются звуки. Они обрушиваются лаем собак, хлопками выстрелов и криками, но во всем этом ужасе я до последнего цепляюсь за зеленые ловушки, полыхнувшие чем-то странным, так похожим на дикую ярость...

Глава 52

Димитрий Кац

Боль.

Багрянец перед глазами.

Пуля навылет.

И девчонка, которую загрузили в тачку.

Не выстрелил. Не смог.

Прикрываю глаза. Сжимаю кулаки. Тело скручивает в болевом спазме.

– Марка ко мне! – рявкаю зло, заваливаюсь в кресло и уже через минуту в кабинет заходит мой подручный.