– Чем они ценны? Помимо того, что их делал Фаберже?

Христофан упрямо засопел:

– Фигурки выполнены с замечательным мастерством, даже одеты в соответствующие одежды, отражающие…

– Если у тебя есть фотографии этих штучек, этого будет вполне достаточно. – Кортес был настроен на деловой лад, хотя, возможно, его просто раздражало непрекращающееся пищание химер.

– Фотографий нет, – буркнул приставник, – поэтому и описываю так тщательно. – Он налил себе еще коньяку и выпил. – Эх, челы, челы, понимания в вас нет. Один голый расчет. А ведь тут искусство! Красота неописуемая, и сделано гениально! Вы все на деньги меряете, а ведь такими вещами наслаждаться надо! Фигурки эти как живые! Чуть не дышат!

– Здорово, – прошептала Инга.

 – И сколько они стоят?

– Один клад, – так же негромко ответил Артем. – Один любой клад.

– Мне довелось видеть Этнические Яйца – прелесть необычайная, – нежно продолжил гигант. – Поэтому я и хочу собрать у себя все шесть штук.

– Из любви к искусству, – с улыбкой обронил Кортес."

"– К великому искусству, – поправил Христофан наемника. – Ты, чел, еще гордиться должен тем, что творения твоего соплеменника так ценятся среди разумных рас.

– А почему об этой коллекции мало кто знает? – осведомилась Яна.

– Карл Фаберже делал ее для частного лица, – скупо ответил приставник. – И клиент запретил ювелиру упоминать об этом заказе где бы то ни было.

– Христофан, – вздохнул Кортес, – я тебе уже говорил сегодня, что ты отвратительный актер?

– Ты говорил, что я плохой актер.

– Это то же самое, – махнул рукой наемник. – Врать ты не умеешь.

– Почему?

– Откуда мне знать? – рассмеялся Кортес. – Ты уже проговорился, что нас хочет нанять семья.

Вряд ли все приставники так озаботились твоим отношением к великому искусству.

– Все знают, что корпоративные правила запрещают вам раздавать клады направо-налево, – вклинился в разговор Артем. – И вдруг ты приходишь, просишь найти шесть заурядных побрякушек, которых у вас в каждом сундуке сотни, и с легкостью предлагаешь за них любой клад.

– И при этом еще смеешься над разумом челов, – поддакнула Инга.

– Ну, это мелочи, – великодушно улыбнулся Кортес. – Не сходится, Христофан, ты запутался, но это только подогревает мой интерес.

Зачем вам Этнические Яйца?

– А тебе не все равно? – насупился приставник. – Я тебе хороший контракт предлагаю, чего ты в душу лезешь?

– Мы уже говорили, что не беремся за работу до тех пор, пока не будем полностью уверены в ситуации, – спокойно ответил Кортес. – Как ты понимаешь, Христофан, мы можем себе позволить не бросаться за каждой костью, которую нам предлагают. Во многом благодаря этому, – наемник веско поднял указательный палец, – мы всегда выполняем свои контракты.

– И поэтому ты лучший.