Здесь жил Ник. Вот только сейчас этого раздражения нет.

Ахметов забирает мой портфель и закидывает его себе на плечо. Я снова не могу сдержать улыбку. Слишком умилительная картина.

— Показывать ничего не буду. Ты здесь все прекрасно знаешь, — его тон раздраженный. А я снова замечаю в себе удивительные изменения. Раньше я бы разозлилась, взбесилась. Сказала бы ему, что он хамло. Но сейчас я воспринимаю это спокойно. Это его обычная манера общения. Как во мне могли произойти такие весомые изменения за столь короткое время? Разве это возможно?

— Ты голодный? Я бы могла что-то приготовить, — снимаю куртку и сапоги и тут же прохожу дальше в дом.

Ахметов тормозит настолько резко, что я чуть не впечатываюсь носом в его спину. Парень вопросительно приподнимает бровь и буравит меня своим взглядом. Конечно, я тут же краснею с головы до пят и начинаю думать, что я зря вообще решила с ним заговорить. Нужно было вырвать рюкзак из его пальцев и бежать в свою комнату.

— Я не голоден, если хочешь есть, то ты в курсе, где кухня, — мне кажется или он хочет как можно скорее от меня избавиться?

Ник скидывает мой портфель на диван и молча идет к лестнице, а я остаюсь стоять посреди комнаты и непонимающе моргаю ресницами.

Какого черта происходит? Почему он меня избегает?

Поджав губы, я направляюсь на кухню. Ну и пусть валит в свою комнату. Знакомое чувство злости снова возвращаются. Значит я себя накрутила, не могу я воспринимать этого козлину спокойно, когда он ведет себя так.

Делаю себе горячий бутерброд, пью чай. Пытаюсь успокоиться и у меня это кажется получается. Я решаю, что уже нужно идти в свою комнату. На улице глубокая ночь, а мы с Ником одни в огромном доме.

В памяти тут же всплывают воспоминания того, как он остался с ночевкой у меня. Как я ему делала массаж… Щеки моментально начинают пылать, а внутренний голос соблазнительно напоминает о том, что я все еще должна ему массаж.

Я пытаюсь оттолкнуть от себя дурацкие мысли. Выкинуть их из головы. Идея идти к нему в комнату — самое глупое, что только могла придумать.

Силой заставляю себя переставлять ноги быстрее. Захожу в свою комнату и тут же закрываю дверь. Что со мной происходит? Раньше я была готова на все, только бы избавиться от его навязчивого внимания.

А сейчас? Почему сейчас я жажду этого внимания? И почему вдруг его отношение ко мне так резко изменилось? Почему он ушел даже не сказал никакой колкости в мой адрес? Не пригрозил и даже не попытался шантажировать? Это же всегда было в нашем общении, что изменилось сейчас?

Это из-за нашего поцелуя? Или из-за того, что я перестала быть ему интересна? Возможна теперь в его мыслях та, которая для него танцевала?

Стоит мне только об этом подумать, как пальцы сами сжимаются в кулаки.