— Например, от того, насколько успешно пройдет процедура стирания моей памяти, верно? — Когда Мэнни пожал плечами, Джо вскочила со стула. — И поскольку никто не знает, переживу ли я превращение или нет, со мной обращаются, как с обычным человеком. Вот почему мои воспоминания у меня забирают.

— Все так. Полукровки непредсказуемы. Невозможно сказать, на какой стороне пропасти ты окажешься.

— Только вот ты в этом мире. И ты все еще человек.

— Я — особый случай. И до меня было несколько других.

— Но ты явно не рядовой случай, верно?

— Верно. Вообще, нам лучше существовать обособленно.

Обоим видам.

Она снова посмотрела на Сина.

— Именно поэтому ты не сказал мне, кто ты. Потому что, если я не изменюсь, мне нельзя тебя знать.

Через мгновение он кивнул. И она не знала: он просто не мог сказать больше, потому что они не одни. Или потому что он просто умывал руки.

Подойдя к торговому автомату, Джо уставилась на батончики «Херши», выстроенные в желобе.

— Вот что за странный голод меня мучил. Беспокойство. Усталость. Это все часть этого… изменения?

— Да. — Мэнни повернулся на диване, чтобы они все еще могли смотреть друг другу в глаза.

Син, с другой стороны, сидел не шелохнувшись, уставившись в пол между ботинками. — Это продромальные симптомы. Признак того, что гормоны просыпаются. Но неизвестно, что будет дальше. Иногда гормоны просто возвращаются в состояние покоя.

— Вот почему ты не… — Рано или поздно, учитывая все обстоятельства, ей придется заставить себя произнести это слово на букву В. — Поэтому ты не изменился?

— Я никогда не испытывал того, через что ты проходишь. Но, опять же, все индивидуально.

Джо подумала о толстой папке на столе отца.

До чего странно: такая кипа бумаг, а настоящей правды в ней не было. Главной правды.

Боже… казалось, она не могла заставить свою голову работать. В черепной коробке творился такой сумбур, наполовину сформировавшиеся вопросы о ее биологических родителях, ее здоровье, будущем, они как пейнтбольные шары летали внутри, наводя беспорядок.

Но одна мысль вытеснила все остальные.

Джо уставилась на Сина. А потом она услышала свой голос.

— Мне нужна минута наедине.

Мэнни прочистил горло.

— Син, ты дашь нам…

— Не с тобой.

 — Она вернулась и села там, где сидела до этого. — С ним.

***

Син ожидал, что несогласие откроет шлюз еще одного спора с хирургом. Черт, он только что лично убедился, насколько хорошо Мэнни умеет орать и сыпать контраргументами. Оказалось, этот парень был хладнокровным сукиным сыном, и при других обстоятельствах его можно было за это уважать.

Но не сегодня.

А если дело касалось Джо, то вообще никогда.

Они обменялись парой слов, а затем Мэнни встал и направился к выходу из комнаты отдыха.