Если бы не Гордин, который вовремя успел ребят поднять после моего приказа.

Я просто не рассчитал… Поздно дошло, что Матвей, гори он в аду, не только с жизнью чужих девчонок играет, но и с жизнью родных сестер.

– Смотри, какая прелесть, – Эмиль бросает на стол фотографии. Еще не дотронувшись, издалека узнаю свою девочку. Забираю одну, всматриваюсь. – Она идеальна.

Идеальна, не спорю. Белоснежное длинное платье, распущенные волосы и ноль макияжа. Эта малолетка давно действует на меня странно. Но тогда я отгонял от себя дурацкие мысли, думал лишь об одном: отомстить. А зря.

– Ты имеешь в виду Мирославу или ту, которая сняла это, – кручу между пальцами снимок, тем самым подкалывая Бестужева. Я прекрасно знаю его больные места. Как и он мои, естественно.

Эмиль громко и недовольно хмыкает. Трет ладонью подбородок, откидывается на спинку кресла. Это предупреждение, Бестужев? Не нравится тема разговора? Да только мне пофиг.

– Умер, значит, ублюдок? – задумчиво тянет, сканируя меня издевательским взглядом исподлобья и меняя тему разговора в совсем другую сторону.

– Застрелил, – подтверждаю, уже догадываясь, что он выплюнет в ответ.

– Прямо в сердце… – усмехается подонок. – Захаров, который мог просто обезопасить себя и девчонку, задев плечо противника. Или же, допустим, стрельнув в ногу. И Захаров, который еще в армии всего один раз из ста попадал мимо, в этот раз всадил пулю прямо в сердце… Какой замечательный промах, Тимур.

Со злой досадой прикрываю глаза, не желая отвечать на его речь. Слова, которые попадают точь-в-точь в цель. Тоже откидываюсь на спинку кресла. Повисшая в воздухе пауза затягивается.

– Даже не оправдывайся.

– Даже не собираюсь.

– Куда ты ее отвезешь? К родителям или к себе? – закидывает руки за голову, усмехаясь уголками губ. Снова он меняет тему, но в этот раз в лучшую сторону. – К тебе рано. Сначала надо ее смягчить, Захаров. Решение у нее категоричное, судя по ее словам. Характер… – улыбаясь, качает головой. – Мелкая совсем, но чересчур гордая, Тимур. Я даже не представляю, как ты ее возвращать будешь.

– К родителям, конечно, – отвечаю на его вопрос, пропуская мимо ушей остальные факты, которые я и так прекрасно знаю.

"Хочется еще добавить, что другого выхода просто нет, кроме как отвести ее к семье. Заставлять ее жить со мной я не собираюсь. Это то же самое, что наступить на те же грабли, на которые наступил пару месяцев назад. Теперь головой нужно думать. Несколько раз обдумать, прежде чем сделать шаг к ней.

Да и насильно увезти ее к себе и получить пожизненный приговор – одно и то же. Нет ни капли разницы между этими двумя действиями.

– Верное решение, – кивает Эмиль, наклоняясь ко мне ближе. – Не перегибай с ней, Захаров.