И ему это совсем не нравится, потому как он, матерясь, направляется к тому мужчине.

– Господи, слава Богу! Я думала, умру тут от беспокойства!

– Все хорошо, родная. Не волнуйся. Мама как?

Я боюсь. Очень боюсь ее реакции. Еще несколько часов назад мне было страшно от мысли, что я могу потерять маленькое чудо, которое растет под моим сердцем. Каково будет ей? Да, мой брат был преступником. Но… Она же мать, Господи… А Матвей – ее сын!

– Да нормально она. Майор сказал, что брат притворился… То есть что-то с собой сделал, чтобы в больницу попасть.

А потом сбежал оттуда! Ты представь! Сволочь настоящая! Он и его компания следили за нами, Мира!

– Маш, прекрати. Не стоит говорить о брате.

– Почему же? Я его убить, между прочим, готова!

– Он уже умер, Маша. Умер…

«Я его убила, – шепчу мысленно. – Я убила родного брата. И ничуть не жалею».

ГЛАВА 23

Просыпаюсь вся вспотевшая. Не знаю, когда смогла уснуть. Я уже неделю себе места не нахожу. С того дня, как убила брата.

Сны не дают покоя. Теперь за мной никто не бежит, не угрожает. Потому что я нашла себе укрытие.

И кто-то помогает. Не дает в обиду. И это не Маша. Даже не Захаров, хоть сестра и настаивает, убеждает в обратном. Я скоро сойду с ума…

Натягиваю на себя домашнее платье и выхожу на балкон. Всматриваюсь в голубое небо над головой. Широкая и пустая, согретая утренним солнцем улица все еще дремлет. Чужой район. Чужой дом.

Нас сюда майор Гордин привез несколько дней назад. Сказал, тут мы в безопасности. Но, несмотря на это, мы без сопровождения выйти из дома не можем.

– Устала, – шепчу одними губами, потирая пальцами переносицу.

 – Я очень устала, Господи.

Рука ложится на живот, и я невесело усмехаюсь. Через несколько месяцев у меня родится малыш. Я не боюсь стать матерью. Справлюсь и очень хорошо воспитаю своего ребенка. Однако мне страшно… Страшно от осознания, что Захаров никогда не исчезнет из моей жизни. Из нашей жизни! Он многим насолил. Таким же ненормальным, как Матвей. И в один день с нами может случится то же самое, что произошло много лет назад с его женщиной и дочерью… Я боюсь лишь этого…

– Прекращай ныть! – доносится грубый голос сестры.

Она ругается. Явно мама что-то сказала… Иногда мне кажется, что Маша стала очень агрессивной. Больше меня волнуется, ни на шаг от меня не отходит.

– Она пойдет защищать человека, который убил ее брата! – мать выкрикивает.

Умом понимаю: она делает это специально. Чтобы я услышала.

Тяжело выдыхаю, кусая нижнюю губу. Майор настоял… Мы должны молчать, иначе… Будет еще сложнее выкрутиться. А я врать не хочу. Чтобы Захаров сел за решетку вместо меня – тем более.