Цепляюсь с родителем неверящим взглядом, вопросительно выгибаю бровь.

– О Захарове! О ком еще? Звони ему. Пусть завтра приезжает за тобой. Немедленно.

ГЛАВА 29

У меня челюсть чуть не падает. Что все это значит?

– Об этом вы говорили во дворе, да? Он тебя попросил? Или условие поставил? Ведь он тебе жизнь спас – и ты ему задолжал. Плюс мою вину на себя взял. Именно я убила вашего святого сына. Но вы упорно настаивали, чтобы я дала ложные показания. Для чего? Лучше бы я за решеткой сидела, чем к нему…

Мама опускает руки с груди, сжимает челюсти. Хочет что-то мне сказать, но отец бросает на нее странный взгляд, после чего она отворачивается, громко хмыкнув.

"

"– Ничего подобного! Он сказал, что приедет за тобой через пару дней. Чтобы в больницу отвезти, – забирает с комода пачку сигарет, закуривает, всматриваясь в мои глаза прищуренным взглядом. – Сказал, чтобы я не давил. Что ты сама должна выбирать, как продолжать свою жизнь. Нормальный он. Мог бы просто наплевать на нас. Матвей его семью…

– Вот именно! Матвей, а не я! – повышаю голос. – Ты себя просто считаешь его должником, вот и все. А я не считаю, отец! Он использовал меня, всю жизнь перевернул вверх дном, понимаешь?

У меня нет другого логичного объяснения тому, почему папа так себя ведет.

Ведь ему всегда было плевать, что думают другие. И что говорят. Это просто чувство вины и долга. Ничего другого.

– Каждый может совершать ошибки, Мирослава, – косится на мать. – Каждый. Ты от него беременна! Как будешь ходить с животом и объяснять людям, от кого ты беременна?

– Да почему я должна кому-то что-то объяснять? Пусть все лесом идут и о своих проблемах думают! Пап, ты же прекрасно знаешь, что я не поведусь на твою игру! Чего ты добиваешься?!

От нервов у меня начинают дрожать колени, а ладони моментально потеют, становятся влажными.

Провожу рукой по лицу, пытаясь унять эту злость и ярость, которая пробирает до костей. Зря я вышла из комнаты… Зря спросила о причине ссоры родителей. Лучше бы сидела в комнате молча… Я не позвоню Захарову никогда в жизни. Уж тем более не попрошу его забрать меня к себе. Ни за что! Даже если сдохну тут… На горло себе наступлю, но его об этом не попрошу.

– Что случилось? Мир, ты почему кричишь? – Машка подходит сзади, сжимает мое плечо пальцами.

 – Пап, ну вы опять начали? Перестаньте, пожалуйста. Дайте пару дней спокойно ей пожить. Стресса и так достаточно.

– Мое мнение не изменится. Ты поедешь, и точка. Не обсуждается. Топайте в комнату.

ЗАХАРОВ

Убираю бумаги в сторону, откидываюсь на спинку дивана. Потираю лицо рукой, чтобы прийти в себя. Дико клонит в сон, но прежде я обязан разобраться с документами. Когда смогу нормально, по-человечески жить, только бог знает. Но уже хочется забить на все и свалить куда подальше. С Мирой, естественно.