– Да я сама тебе сейчас эти указания дам! Ты вообще овца что ли?

– Васька?! – удивленно спросил я, подойдя к входной двери и увидев нежданную гостью. – А ты что тут делаешь?

– Какая я тебе Васька, придурок?! Кошку так свою называть будешь, понял?!

– Маркушко! – услышал я ещё один голос, и в следующее мгновение в сторону была отодвинуты и Василиса и Эльза, а ко мне подбежала тётя Ирина и очень крепко обняла. – Как ты тут, барчук? Ох, а похудел-то. Неужто не кормят тебя?

– Почему не кормят? – без прежнего задора, осторожно возмутилась немка. – Я вот как раз ужин готовлю.

– Я сама приготовлю, – отмахнулась от нее Ирина. – А ты иди, помоги Кондратию вещи занести, да покажи куда лошадей и коляску поставить.

– Какие вещи? – просипел я, все ещё стиснутый в объятьях ключницы. – Каких лошадей? Что тут вообще происходит?

– Я ушла из дома! – гордо сообщила мне Василиса. – Разгромила кабинет деда Михаила, дала в морду его секретарю и ушла.

– Вася, ну как не стыдно! – тут же попеняла её тетка Ирина. – Ты же девочка! Не в морду, а в лицо!"

"– Дурдом, – прошептал себе под нос я, и попытался аккуратно отцепить от себя ключницу.

К моему удивлению – получилось. Впрочем, Ирина особо и не сопротивлялась. Отстранилась. Окинула меня по-матерински добрым взглядом, затем погладила по макушке и повернулась к Эльзе.

А дальше в доме закипела работа. Старшая ключница нашла работу для каждого. Даже меня с Василисой стороной не обошла – заставила наводить порядок в комнатах. Точнее – вначале она дождалась, когда Васька себе эту комнату выберет, затем её осмотрела и выдала указания, что, где и как раскладывать. Моя комната Ирину более-менее устроила, но то, что школьная форма висела на спинке стула, а не в шкафу, женщине не понравилось совершенно. Пришлось исправлять.

Больше всего дел досталось немке и Кондратию. И, что удивительно, Эльза слушалась Ирину беспрекословно. Правда с её лица не сходило удивленно-задумчивое выражение. Словно она пыталась понять, что тут вообще происходит.

Спустя час тетя Ирина позвала всех в столовую. Но как оказалось – не на обед. Просто ей захотелось пообщаться и узнать как я тут жил один одинёшенек. А пока я отвечал на вопросы, ключница что-то там готовила, не забыв припахать к этому делу и немку.

Минут через десять мне это надоело. Да что там – попросту напрягать начало. Но и сбежать в свою комнату, тем самым обидев эту женщину, я не решился. Она по-настоящему любила и Маркуса и Василису. И в последние годы по большей части заменила им мать. А судя по воспоминаниям Маркуса, ему это было очень нужно. Ближе человека в этом мире у него не было.

Поэтому, несмотря на раздражение, я не ушел. Решил, что надо на что-то отвлечься.

– Эльза, – обратился я к своей личной ключнице, – свари, пожалуйста, кофе.