Зато в теле Маркуса всё вышло идеально, словно по десятку раз на дню отрабатывал.

Но сейчас ещё рано отвлекаться, остался ещё один противник. Хотя нет. Увидев, что я перевел на него взгляд, оставшийся на ногах Черный, выставил перед собой руки в примирительном жесте, и поспешил к выходу из столовой.

Ну что же, может оно и к лучшему. Посмотрев на поверженных противников, я начал успокаиваться и в этот момент пришла боль. Заболело всё разом; отбитая при падении спина и то, что ниже неё, невыносимо закололо в больном боку, и даже левая нога, которой провел подсечку, дала о себе знать. Да так, что пришлось поспешно присесть на всё тот же пол, чтобы не упасть.

Но боль не проходила, а лишь усиливалась, одновременно с уменьшением адреналина в крови. Чувствуя, что сейчас отключусь, всё же нашел в себе силы улыбнуться – я даже в таком состоянии смог уделать ушлепков! Начало положено!

Интерлюдия 5

Жалобные палаты! Именно так называл князь Ульчинский это здание, что располагалось на главной городской площади. Будучи ребенком Саблеслава Ульчинская не понимала, почему так, и думала, что батюшка шутит. Ну действительно – как можно называть здание суда, один из символов княжеской власти, жалобными палатами. Ведь именно в этом дворце, построенном, почему-то, в греческом стиле, вершилось правосудие. Именно тут князь принимал подданных и вникал в их проблемы. Помогал им, выслушивал и вершил справедливость.

Став старше Сабля узнала, что это не совсем так. Суд от имени князя вершили особо приближенные бояре, которым князь передал полномочия. А сам отец вникал лишь в дела бояр. Поначалу это её удивляло, и даже немного расстраивало. Как же так – простой народ на князя надеется, а он только с боярами беседы беседует. Но со временем пришло понимание, что только так и возможно. Князь один, а подданных много. И если каждого выслушивать, то уши отвалятся.

Но бояр князь Ульчинский и в самом деле слушал. Вникал в их проблемы и своей волей пытался их решить.

Каждый понедельник любой из проживающих на территории княжества бояр мог придти сюда и обратиться к князю. И не важно, кому этот боярин служит – князю Ульчинском, или Великому князю. Его в любом случае выслушают и помогут.

И лишь полгода назад княгиня узнала, что и это не совсем так. Да, на прием к князю и в самом деле мог попасть любой из бояр. В теории. На самом же деле пред светлые княжеские очи пускались лишь избранные, имевшие хоть какой-то «вес», люди. А какой-нибудь боярский сын Пупкин, у которого в собственности маленький дом, корова, да три курицы, а из бойцов полтора холопа, к князю попадет только в том случае, если у него случится настоящая беда. Например, кто-нибудь возьмет, да перережет его холопов вместе с курами и коровой. И тогда он пойдет в Суд, просить справедливости.