— Посмотри, милая, что я тебе привез! — Кастерс указал на здоровенный, с Миранду ростом ящик, снабженный кривыми золоченными ножками. — Сними ткань.

Любопытная малышка потянула край золотистой материи и ахнула восторженно. Это был кукольный домик, двухэтажный, многокомнатный.

— Аола, тут кухня! Ой, какие сковородочки! А это что?

— Где? — Иришка отвлеклась от рассматривания крошечных книг в библиотеке домика.

— Да вот!

— Это скалка, ребенок, — маркиза рассмеялась, проследив куда указывала некромашка. — И не забывай, что пальцами тыкать неприлично.

Ой, какие подушечки на диване в гостиной!

— Ага! А чашечки ты видела? — Миранда отвлеклась от новой игрушки. — Дядя, спасибо! Я тебя так люблю!

— Угодил я тебе, егоза? — рыжий закружил счастливую племянницу.

— Очень!

— Держи тогда жильцов, — две нарядные куколки перекочевали в руки девочки, которая тут же принялась кормить их виноградом и яблоками.

— Сладкая, — тихий шепот в самое ухо отвлек Иришку от созерцания крошечных шкафчиков в кукольной спальне. Их расписные дверки открывались, на полочках лежали яркие одежки.

 — Я привез это роскошество племяннице, чтобы у нас было больше времени на общение. Пойдем, потом наиграешься.

— Ну, Кас, миленький…

— Еще налюбуешься, — супруг со смехом подталкивал упирающуюся Иришку к двери.

— Когда ты только успел? Мы же вроде как в осаде.

— Подарки доставили вместе со всеми вещами. И для тебя тоже кое-что есть! — подмигнув с самым заговорщицким видом, Кастерс повел жену в гостиную. — Как тебе здесь?

— Мне вообще очень нравится Морено касл, — честно отвечала Иришка.

 — А уж то, что, выходя из спальни, попадаешь в будуар или гостиную, а не в длинный коридор, в котором обязательно шпионит какая-нибудь недовольная тетка, вообще приводит меня в восторг.

— Тебе придется научиться управляться с ними, милая.

— Я умею, просто не люблю. В Кастерс-холле таких проблем не было.

— И тут не будет, сладкая. А теперь сядь вот сюда в кресло и закрой глазки.

Послушно устроившись там где было велено, Аола приготовилась к длительному ожиданию, однако уже спустя пару минут голос рыжего разрешил открыть глаза.

На небольшой столик был торжественно установлен небольшой плоский ларчик черного дерева, инкрустированный красной яшмой.

— Открой, сладкая, — было заметно, что рыжий слегка волнуется. — Я надеюсь, что тебе понравится.

Нежно проведя пальцами по охряным камням на крышке, маркиза открыла ларец и с любопытством заглянула внутрь. На черном бархате пламенели рубины, чей яростный блеск усиливали острые отблески бриллиантов.