— Аааа, так вот вы какой, юноша! — по тому как хищно блеснули черные глаза, Кас понял, что его имя не оставило равнодушным добрую наставницу благородных сироток. — Вы немного опоздали, Аола уже покинула обитель.

— Я знаю, почтенная сестра, — Кас с надеждой посмотрел на Светлейшую, но та предпочла промолчать, с живейшим интересом наблюдая за разворачивающимся перед ней зрелищем.

— Тогда я решительно не понимаю, что вы делаете под этими, ставшими родными для вашей супруги сводами?

— Если вы позволите, достопочтенная, я расскажу о причинах моего появления в пансионе, — против воли мужчина начинал испытывать раздражение.

— Марфа, Аола вместе с племянницей маркиза в Морено касле. Помоги девочкам, я тебя прошу.

— Вот как… Что ж в таком случае я согласна, но у меня есть несколько условий…

— Я готов принять их все, — под суровыми взглядами пожилых дам он почувствовал себя нашкодившим мальчишкой. — Леди, прошу вас поверьте мне.

— Хорошо, юноша. Отправляйтесь-ка быстренько что за экипажем, да имейте в виду, что у меня очень нежная внутренняя организация."

"— Куда мне отправляться? — маркизом давно так откровенно не командовали.

— Не разочаровывайте меня, молодой человек, это не в ваших интересах, — Марфа получала настоящее удовольствие от разговора, и ри Кавиньи не оставалось ничего кроме как, стиснув зубы, подчиниться.

* * *Всю дорогу от пансиона Тишайшей Бригитты до Морено касла с остановкой на обед в Кастерс-холле ри Кавиньи гадал, а настолько ли он хочет увидеть жену с племянницей, чтобы терпеть общество просветленной сестры Марфы. Если как следует подумать, то жизни его родственниц вне опасности в отличии от его разума, которому угрожала почтенная дама. Однако же взяв себя в руки, Кас напомнил себе, что он мужчина и дворянин, а потому воспринимал Марфу, как божественное воздаяние за пренебрежительное отношение к молодой жене.

Глава двадцать четвертая, в которой героиня собирает землянику

— Все, все, хватит! — переводя дыхание, Иришка попыталась отстраниться от обнимающего ее мужчины. — Прекратите!

— Ты меня сейчас столкнешь с ветки, — он засмеялся, с нежностью глядя на маленькую сердитую женщину, которая только что страстно отвечала на его поцелуи, а теперь недовольно нахмурив брови, пытается оттолкнуть его.

— И поделом! Чему вы так радуетесь, милорд?

— Земляника поспела, — Грег коснулся губами сурово нахмуренных бровей. — Ты смешная.

— Так и есть, я развлекаю вас с самой первой минуты нашего знакомства.

— Я просто ожил с тобой. Не сердись, птичка, — не удержавшись, он лизнул обиженно надутую нижнюю губку маркизы. — Никогда не совершал столько глупостей.

— Это я на вас плохо влияю, — Аола невесело улыбнулась.