В конце выкачивания мозг Бедяжкина сам отмирает, полностью высушенный. Едва успеваю забрать последние крупицы энергии. Фух, Насос сильно утомляет. Сейчас бы завалиться в постель, да Лакомку бы прижать под бок, но нет нельзя, бои еще идут, пулеметы не затихают.

Осторожно подхожу к окну и смотрю на последние точечные столкновения. Вражеских гвардейцев вроде всех перебили, а вот бигусы еще остались, но это не проблема. «Нора» уже прекратила исторгать приматов, последним тварям недолго осталось.

Ладно, парни без меня справятся. Лучше я займусь поиском компромата, а то подельники Бедяжкина могут скрыться, почуяв жареное.

Через пси-конструкт «быстрый поиск» я нахожу все упоминания про яд, и здесь мне приходится удивиться. Прохвост Недежка опять чист. Отраву Бедяжкину дал некий Хомяков, тоже один из «Хозяев». Оба дворянина сговорились отравить Антонину, и тем самым спровоцировать меня на атаку.

Я быстро звоню отчиму:

— Надо срочно хватать Хомякова Артема. Прямо срочно. Он был в сговоре с Бедяжкиным. Доказательства передам как увидимся.

— Понял, уже отправляю наряд.

Я вешаю трубку и задумываюсь. Значит, Недежка следует золотому правилу мерзавцев: «Всегда действуй минимум через двух посредников». Прямо школа барона Горнорудова. Но как только схватим Хомякова, то уже точно вскроем этот гнойник.

Вскоре заканчиваются последние бигусы, и я, сбросив доспех, ухожу в тыл к своим гвардейцам."

"— Шеф, ты не ранен? — ко мне подбегает София в камуфляжной куртке. Волосы завязаны в небрежный хвост, косметики нет, сама она выглядит усталой — видимо, лечила наших раненых. Не дожидаясь ответа, Целительница хватает меня за руку и уводит к автобусу, припаркованному у ворот. — Да что я спрашиваю? Лучше молчите — экономьте силы. Я вам всё равно не проверю, пока не проведу осмотр.

— Наверняка, есть тяжелораненые? — пытаюсь я от нее отделаться. — Займись в первую очередь ими, мне не к спеху.

— Нет больше никого, — твердо произносит София. — Я всех уже вылечила. И вас тоже вылечу.

Звучит, как угроза, хе, но вообще всё правильно делает. Она мой Целитель и отвечает за мое здоровье. Не объяснишь же ей, что у меня в голове сидит маг крови и он сразу почувствует внутреннее или наружное кровотечение.

По дороге я передаю Софии немного энергии, а то она выглядит измученной, а аж жалко. Девушка сразу расправляет плечи и прибавляет в скорости.

В автобусе отдыхают двое взмыленных гвардейцев. Молодая Целительница командным голосом велит им выйти, и бойцы спешно выполняют указание грозной Софии Александровны. Здесь рядом, ближе к водительскому креслу, устроен медотсек, отгороженный шторкой. Зайдя в кабинку, я раздеваюсь до трусов. София, тщательно просканировав меня, наконец успокаивается.

— Ни царапины, — поражается она.