Интересно, чем он занимается в жизни, помимо громких вечеринок и секса с шестнадцатилетними подростками?

Воспоминание о девочке, которая сегодня рано утром покинула его дом, снова отправило мое настроение в нокаут. Почти всю дорогу до пляжа я молчала.

Как только Боунс заглушил мотор машины, я открыла дверцу и опустила ноги в песок. Сразу за дорогой тянулся живописный каменистый берег. Каменные россыпи, пучки желтеющей травы и – сколько хватало глаз – спокойный светло-синий, присыпанный солнечной пыльцой океан.

– Кто та девочка, которая сегодня утром вышла из твоего дома? – спрашиваю я, решив не откладывать этот вопрос на потом.

"

"– А что? – интересуется Боунс и принимается подбрасывать теннисный мяч. Собаки тут же словно с ума посходили.

– Ты с ней спишь? – прямо спрашиваю я.

– Ты такая грозная, когда хмуришься.

– Я хочу услышать от тебя конкретный ответ.

– Не думаю, что он тебе понравится, – ухмыляется Боунс.

– Нет… – зажмуриваюсь я.

И все мгновенно словно блекнет. Песок становится холодным и колючим, воздух – пыльным, прибой – отвратительно грязным, с тиной и щепками.

Лай собак делается невыносимым, а Боунс – просто омерзительным.

– Отвези меня домой.

– Парни еще не покакали.

– Тогда пойду пешком, – машу я рукой и быстро шагаю прочь. И пусть только попробует остановить, я ему расцарапаю лицо…

– Стой! – Боунс догоняет меня и, схватив за руку, разворачивает к себе.

Я чувствую, что взорвусь, если он меня сейчас же не отпустит.

– Все, успокойся! Ей семнадцать. Ее мать наводит порядок на соседней вилле, а девочка у меня убирается. Мне нужна чистая посуда и постель, а ей – куда лучшее занятие, чем продавать безделушки на обочинах трасс и надеяться, что у проезжающих мимо будут только добрые намерения.

Пока мой мозг медленно переваривает эту информацию, рука Боунса перестает жечь мне кожу и биться током. Теперь это просто рука – теплая, крепкая и… желанная. Его большой палец начинает поглаживать кожу у меня на запястье, и это незатейливое движение возвращает краски миру.

– Как тебе такое в голову могло прийти? Я, что, похож на растлителя малолетних?

– Вчера ты предлагал мне секс втроем. Кто знает, какие еще эксперименты…

– О нет-нет, ничто не может быть лучше близости со взрослой, искушенной, познавшей свое тело девушкой.

Такой, как ты. Я надеялся, что вчера ясно дал тебе это понять.

«Ясно. Более, чем. А потом все испортил своим нелепым предложением».

– Кто тебе сказал, что я искушенная? – удивляюсь я.

– Меня не проведешь, – самоуверенно улыбается Боунс.

И тут что-то упругое ударяется в мою лодыжку. Один из сеттеров бросил мне под ноги мячик, и теперь пес призывно машет хвостом.

– Не заигрывай с ней, Патрик.