– И что же это за блюдо? Отвечать на звонки и варить кофе?"

"– Ты на самом деле такая тупая или просто прикидываешься? – Селена смотрит на меня с плохо скрываемым раздражением. Такое выражение лица я часто видела у своего менеджера Джонни, когда тот не мог втолковать что-то особенно упрямому клиенту. – Я тоже начинала секретаршей, Скай, а потом… знаешь, чем мне пришлось заняться? Теперь я, блин, ОХОЧУСЬ. НА ЛЮДЕЙ.

Я нечаянно опрокидываю свой стакан: коктейль льется ручейком по барной стойке, затекает под перевернутый стакан, которым Селена накрыла мой значок. Внезапно слышится короткий треск, и я вижу крохотную искру на поверхности намокшего значка. Это и в самом деле какая-то крохотная электронная штука, которая способна на гораздо большее, чем просто украшать лацкан моего пиджака.

– Как это – охочусь на людей? – шепчу я Селене. Она не слышит: ее лицо обращено к входу в зал.

Кожа у нее на плече, перечеркнутом бретелькой платья, покрыта мурашками.

– Селена?

Я не представляла, что эта девушка может быть такой быстрой: мою собеседницу как ветром сдуло с барного стула, она низко пригнулась и рванула сквозь толпу. Я подхватила свою сумку и бросилась за ней следом. То ли пытаясь не дать ей уйти, то ли спасаясь вместе с ней от неведомой опасности.

Но я потеряла Селену в толпе. Я пробралась сквозь толпу вдоль стены, вошла в подсобное помещение – три года работы в кафе научили меня безошибочно ориентироваться в подобных местах, – а оттуда попала на улицу. Похоже, Селена сбежала именно этим путем. Я оглядела темный пустынный проулок, подсвеченный светом далекого фонаря, и…

Тишину переулка вспорол истошный крик и тут же резко оборвался. Мое тело вытянулось в струну, в ушах зазвенела кровь. Вернуться в людное место. Как можно скорее. Исчезнуть в толпе… И тут кто-то, бесшумно подошедший сзади, обхватил меня за шею и зажал мне рот ладонью, обдав горьковато-острым запахом одеколона.

– Молчи, или придушу, – прохрипел мне в ухо мужской голос.

Я затрясла головой, шумно втягивая носом воздух. Ладонь убралась от моего лица.

– Что вам от меня нужно?

– Тебе разве разрешали говорить, дрянь? – Тяжелая, жестокая рука ударила меня по лицу, и у меня подкосились ноги. А потом меня потащили по переулку. Снова зажав мне рот и стиснув мою шею. Страх парализовал меня, наполнил горло и легкие, как вода наполняет тело утопленника.

Меня почти втолкнули в лаково-черный седан, когда в проулок влетел алый, как кровь, «мустанг» и резко затормозил рядом с машиной похитителя. В окно высунулась рука с пистолетом, и острый, как отточенная сталь, голос отчеканил:

– Руки прочь от нее! Быстро!

Меня тут же выпустили, и я рухнула на землю, кашляя и задыхаясь.

– В машину, Скай! В машину! – крикнула Лилит, держа на прицеле похитителя.