Что за наваждение? Похоже, Юлька добилась своего, и я уже не о том думала, когда видела начальника. Мне все казалось таким пошлым! Даже аппетит пропал. Однако настроение Большого Босса требовало особого внимания. Он отобрал у меня вилку, присел на соседний стул и съел парочку вареников.

– Я люблю вареники с творогом, а еще с клубникой. Но ее в этом году было мало. Бабуля нам ни одной банки не прислала. А так бы полить сверху вареньем вместо сметаны, и вообще улет.

Уголки губ Босса чуть дернулись, затем он воткнул вилку в вареник и протянул его мне. Смущенно взглянув в его туманные глаза, я не сразу, но все же открыла рот, поскольку Большой Босс настойчиво держал вилку у моих губ, и это было как-то странно. В боксе оставался последний вареник, он тоже оказался моим. Я растерянно смотрела, как генеральный вымазывает его в остатках сметаны, а затем заботливо протягивает мне. Взгляд у него при этом был теплым, даже веселым. Я открыла рот и тут же получила вареник.

Закрыв бокс и положив его вместе с вилкой в пакет, мужчина встал и приказал:

– Иди.

Я еле прожевала последний вареник – и опять ничего не поняла. Иди? Вот так просто? Поела и иди? Невежа какой-то. Хоть бы раз спасибо сказал. А то только командует и вносит сумятицу. Я не стала ждать, когда меня выставят. Столкнувшись на ресепшене с Анной Витальевной, не могла не поздороваться с ней.

Та кивнула в ответ, а затем, указав на меня пальцем, тихо шепнула:

– У вас что-то белое на губе… – очень медленно и испуганно. А потом и вовсе еле слышно выдохнула: – Испачкалась."

"Я быстро стерла с губ остатки сметаны и от души поблагодарила женщину. Вот было бы смешно, если б я появилась перед коллегами в таком виде. Всем сказала, что прихватило живот, а сама втихомолку ела. Не люблю обманывать, но иногда приходится. Попрощавшись с молчаливыми и какими-то пришибленными секретаршами, я подошла к лифту. Когда двери закрывались, я увидела, как Анна Витальевна пальцем указывала то на кабинет генерального директора, то на меня, при этом она походила на рыбу. Вытаращив глаза, беззвучно открывала рот. Мария и другие девушки шептались и смотрели на меня с каким-то осуждением. Всё же странные люди здесь работают. Может, все рекламщики такие? Но этого я не знала. Я припозднилась с обеда, точнее просто пришла последней. Коллеги продолжали радостно шептаться, пытаясь переспорить, кому больше внимания уделил сегодня Роман Аристархович. Но явно не мне. Я села за свой стол и решила проверить почту. Дел пока никаких не намечалось и хотелось полениться. А для этого надо сделать вид, что я очень занята, но нашего главного бухгалтера не обманешь, и первой, кому она выдала задания, была я. Мне это кажется или уже стало тенденцией? Сначала мне, потом всем остальным.