— То есть в тюрьму она не сядет? — уточняю я.

— Не сядет. Останется отбывать срок на свободе под государственным надзором. И скорее всего ей назначат исправительные работы без возможности отказаться.

Несколько секунд я размышляю над словами Царевичева. А что, неплохое решение.

— Отлично. Думаю, этот вариант устроит всех. Ангелина не уйдет от наказания, останется с судимостью… но и в тюрьму не сядет, как того и хотела. А ты можешь устроить так, чтобы ей назначили исправительные работы в качестве младшей официантки? Мне кажется, ей было бы полезно поработать в сфере обслуживания и почувствовать, каково это, когда тебя считают тряпкой для вытирания ног Царевичев вдруг мягко прижимает меня к себе, и я слышу, как он тихо смеётся.

— Катя, ты действительно ангел… — шепчет он мне на ухо. — Ангел возмездия. Страшный и неумолимый. Ты понимаешь, что это наказание может стать для Ангелины хуже, чем тюрьма?

— Не уверена, — бормочу я. — У нее слишком гибкое чувство собственного достоинства… прямо-таки гуттаперчевое.

— Не волнуйся об этом, — Царевичев нежно проводит кончиками пальцев по моей щеке. — Я позабочусь о том, чтобы наказание стало серьезным испытанием для пределов ее гибкости. Пожалуй… стоит сделать суд открытым и пригласить на него СМИ. В том числе и ее любимые французские. Былую репутацию с такой судимостью у нее уже не получится вернуть. А желание быть чистенькой, популярной и востребованной — ее слабое место.

— Но сначала надо решить ещё один вопрос.

— Какой?

Не отвечая, я улыбаюсь сощурившемуся Царевичеву и решительно возвращаюсь к Ангелине. Она нетерпеливо переминается на месте, старательно изображая смирение и раскаяние.

— Вы не сядете в тюрьму, — объявляю ей прямолинейно, и блондинка облегчённо вздыхает — Только при одном условии.

— Каком?

— Прямо сейчас вы поедете с Артемом, напишете добровольное заявление о разводе.

— Без проблем!

— И заверите у юриста заявление о желании отказаться от родительских прав в пользу мужа.

— Хорошо, — пожимает плечами Ангелина и настороженно интересуется: — И это всё?

— Если будет нужно что-то ещё с вашей стороны, Артем проинструктирует вас сам.

— Отправляйтесь с ним… прямо сейчас. А я доберусь в особняк на такси.

— Не стоит — Царевичев осторожно приобнимает меня за плечи. — Пока я буду разбираться с Ангелиной, отдохни в моей квартире. Позвони своей Настюше, поговори с ней… а потом, кода придёшь в себя, мы отправимся домой. Я постараюсь вернуться к тебе до вечера. Договорились?

Поколебавшись, я киваю.

— И правда, незачем малышке видеть меня в таком состоянии. Вдруг мой потрепанный вид напугает ее и расстроит? Я должна вернуться к ней свежей, бодрой и уверенной в себе.

— Вот и отлично. Идём.