Я готова принять тот факт, что оказалась на службе у ктулхи, но если эта ктулха ещё и начнёт напоминать мне про всякие крипипасты, я могу сесть на измену и тронуться умом.

— Кши-ши-ши… как пожелаешь…

Я вдохнула и выдохнула, успокаиваясь, и задала следующий вопрос:

— А откуда Жажек про тебя знает? Он тоже из твоих?

— Нет... ты наша... единственная последовательница... в Велте... но не единственная... кто о нас помнит...

Я кивнула и подчиняясь внезапному порыву, задала совсем не тот вопрос, который хотела:

— Могу ли я доверять Тиниэль?

— Не станем… отвечать…

— Почему? – опешила я.

— Потому что… это неправильный вопрос… Ты не хочешь знать… можешь ли ты… доверять ей… ты хочешь знать… совсем иное… И если мы ответим… тебе в любом случае… будет хуже…

Я открыла было рот и тут же поняла. И покраснела. Ну да, я и правда дура что такие вопросы задаю.

— То-то же…

— Хорошо, тогда так – чего ты хочешь?

Силуэты проявились вокруг меня, но слов не было. Видимо это символизировала то, что Хор собирался с мыслями или типа того. Наконец они заговорили:

— Даже здесь мы… не можем… тебе сказать… это сейчас… Ещё не время… для таких… ответов…

— Это ещё почему?

— Потому что… знание наших… планов подвергнет… тебя испытаниям… к которым ты… пока не готова…

— Но тогда зачем ты меня сюда призвал, если не можешь отвечать?

— Заверить тебя… что ты согласишься… с нами… когда придёт… время… Мы и ты хотим… одного и того же…

Я хмыкнула:

— Как-то тяжело тебе поверить, после всех недомолвок.

— Мы не просим тебя… поверить нам… Мы просим тебя… поверить ей… — голоса затухали, оставляя только один, силуэты исчезали один за другим, пока наконец вместо какофонии не остался лишь один голос, знакомый и незнакомый одновременно, а вместо всех фигур осталась лишь одна, столь же загадочная.

— Здравствуй, Саша, — улыбнулось моё отражение, — не ожидала?

Я опешив, изучала женщину которая могла быть мне близняшкой – волосы куда длиннее моих, доходили бы наверное до земли, если бы не были собраны в косу, на лице странные узоры, напоминавшие татуировки, оставленные Тиниэль. Кожа столь же молодая и гладкая, но в глазах застыла мудрость веков. Я пробормотала:

— Ты это я?

— Отчасти.

Настолько же, насколько ты – это твоё оставленное на Земле прошлое, — улыбнулась моя копия, — время меняет нас всех, изменит и тебя.

— И что, ты хочешь сказать, что Хор прав, чего бы он там не желал?

— Да. И ты поймёшь это в своё время. Я знаю.

— Но тогда… Скажи мне, — я вдруг подошла к ней и взяла за руку, — буду ли я… ну то есть…

— Да. А пока…

— Мне пора?

— Тебе пора. Прощай и до встречи.

Я распахнула глаза и увидела склонившегося надо мной Ягена, который видимо хотел потрепать меня по плечу.