Он, видимо, только вошел в спальню. От неожиданности ойкаю и отпускаю край полотенца, которое тут же сползает вниз, собираясь у моих ног.

Мне нужно срочно прикрыться. Эта мысль так и зудит в голове. Но я не могу ни пошевелиться, ни вдохнуть как следует. Потому что темный взгляд Амирана буквально парализует меня.

- Прости, я…

Один шаг, и я уже чувствую горячий поцелуй на губах. Это так неожиданно, что я не успеваю подстроиться или ответить.

- Дурман…. - выдыхает муж, чуть подтолкнув меня назад, прижимает к стене. Его руки без стыда блуждают по моему телу. И я расслабляюсь. Ведь я принадлежу ему."

"В любой момент. В любой миг своей жизни. И я безумно рада его вниманию. Тому, с какой жаждой он покрывает поцелуями мою шею, ключицы, как сжимает грудь, бормоча какие-то ругательства.

Я желанна, и это прекрасно.

- Развернись, - приказывает Казаев, и я послушно позволяю ему это. Контраст обнаженной кожи и его одежды будоражит, только сильнее распаляет.

Щелкает замок на ремне, мягкое поглаживание вдоль спины, цепочка поцелуев, едва ощутимых.

- Прогнись сильнее…

Я словно в тумане, выполняю и этот приказ. Расставляю ноги шире и чувствую давление не совсем там, где жду. Замираю от пронзившей мысли. Он хочет так? Сейчас? Легкая паника проясняет мысли. Что делать? Должна ли я позволить мужу такое?

- Тише, я не сделаю больно, - шепчет муж, и я чувствую, как его член скользит ниже, туда, где горячо и влажно. - Не бойся меня, Ася. Пусти…

Плавным движением он заполняет мое лоно, и я окончательно расслабляюсь. Мысли о том, что возможно его любовница дает ему куда больше, чем способна я, растворяются в той неге, которая начинает наполнять меня с каждым размашистым движением.

- Блядский дурман, - шипит сквозь зубы Амиран, но я уже плохо понимаю, о чем он. Его пальцы зарываются в мои волосы, сгребают их, оттягивают, вынуждая прогнуться еще сильнее. И я гнусь. Гнусь так, как казалось и не умею. Словно бабочка, которую пришпилили, трепыхаюсь, рвано дышу и растворяюсь в тех эмоциях, что дарит мне муж.

- Мир… Амиран… - вырывается из моего рта, хотя я стараюсь не быть крикливой. Мне хочется быть для него самой лучшей. Самой-самой.

Я готова отдать себя всю. Снова. Без остатка.

- Девочка моя, - сдавленно цедит Казаев, ускоряясь все больше. Кажется, воздух соткан из запаха наших тел. Наша страсть сметает мысли, отключает разум, оставляя голые инстинкты.

Быстрее. Сильнее. Глубже.

- Еще… - я даже не узнаю свой голос, когда внутри прошивает особенно острый импульс, за которым следует низкое рычание и, похоже, меня просто выносит из реальности на несколько мгновений. В глазах цветные круги, а по телу проходит огромная теплая волна, растворяющая все сомнения и переживания.

- Люблю тебя, - шепчу беззвучно. Знаю, что муж не услышит, не увидит.