— Я надеялась, что ты после болезни изменился, — прикусываю губу от жаркой волны, которая прокатывается по телу от того, что он прикасается пальцами к сокровенному.

— Я пытался, не получается… Это сильнее меня, — зарывается лицом в мои волосы. — Я как человек в пустыне. И вроде пить есть что, и не одна бутылка, но только жажда от них всё сильнее. А тот источник, из которого я точно могу напиться, спрятан глубокого в земле и я пытаюсь до него докопаться.

— Красивыми метафорами говоришь. Я так понимаю, ты не одну Лиму трахаешь?!

Он только усмехается в ответ.

— Если ты согласишься быть со мной, то будешь единственной.

Не бойся, я буду ласковым и нежным. Тебе понравится… — дёргает тонкую полупрозрачную сорочку вниз так, что горловина рвётся и оголяет плечи.

Он покрывает их поцелуями.

— Том, не надо… — бороться с собой плохо получается.

Наваждение какое-то! Разве так бывает? Его ласки вызывают трепет в животе.

Он вторгается под одежду, обхватывает грудь и сжимает её, теребя соски через тонкую ткань бюстгальтера.

— Ты потрясающая… красивая… сексуальная… — шепчет между поцелуями в мою шею.

Я плавлюсь.

Разворот к себе лицом и целует в губы.

В голове шумит кровь, и уходят все мысли. Остаются только чувства, которыми трудно управлять.

Я ощущаю, как что-то поднимается у меня внутри и дурманом окутывает голову. Соображаю плохо.

Том подхватывает меня под попу, а я его ногами.

— Да, девочка, так бы сразу, — смотрит на меня, отстранившись.

Снова целует и тащит меня к матам, которые лежат в дальнем углу.

Осторожно укладывает и садится между моих ног, разглядывая меня. Сбрасывает футболку и набрасывается с поцелуями.

Я всё ещё не могу включить мозг, отдаюсь только наслаждению, которое внутри сжигает всё.

Руки и губы Тома исследуют каждую частичку моего тела, заставляя дрожать от желания.

— Ты моя… Только моя… — слышу сквозь густой полуобморочный туман в голове.

Твоя? А вот хрен тебе!

Включается сознание.

Я дожидаюсь, когда он сядет, чтобы стянуть с меня трусики и толкаю его двумя ногами. Он отлетает в сторону и падает с матов. Молнией спрыгиваю с них и бегом к выходу. Пока Том очухивается и следует за мной, я уже за дверью и подпираю её стулом.

— Открой! — ударяет кулаком.

— Нет! Посиди, остынь!

— Я вынесу дверь! — зверем рычит с той стороны.

— Да, пофиг! — хлопаю ладонью о дерево и убегаю отсюда.

У лестницы я встречаю одну из подруг Лимы, Стефани, которая идет из кухни и несёт бутылки с колой.

Она смотрит на меня с удивлением.

Видок у меня тот ещё! Растрёпанная, раскрасневшаяся, испуганная и в порванной сорочке.

— У вас всё нормально, миссис Гроу?..

— Что? Да… — пытаюсь перевести дух и восстановить сбившееся дыхание.

— У вас одежда разорвана…

Я поднимаю и треплю в руках край рваной горловины.