— Мистер Гроу, лежите и получайте удовольствие, — расстегиваю его рубашку и целую каждый сантиметр широкой груди.

— Мне нравится такая встреча, — закрывает глаза и расслабляется.

Царапаю ноготками по рёбрам.

— Фсс, — шипит.

А я чувствую, как его тело начинает пробивать мелкая дрожь.

Тащусь от своего мужчины.

Никакие мелкие хитросделанные мальчики и рядом с ним не стоят.

Ноготки путешествуют ниже, спускаясь к молнии на джинсах.

Алекс уже дышит прерывисто, вздрагивает и сжимается, когда я выпускаю на свободу его член.

— Ауч! — вскрикивает, когда я глубоко его заглатываю.

Закрытые веки быстро трепещут, и дыхание через раз от моих ласк.

— Сэл… — предупреждение, что он вот-вот взорвётся.

И я, возбудившись, седлаю его, двигаясь как искусная наездница.

Алекс вдалбливается затылком в подушку, вдавливает меня в себя с такой силой, что я вскрикиваю. И получаю свою порцию оргазма.

Вау… Выпадаю на время из реальности и уплываю в блаженство.

Мы лежим в постели, обнаженные тела переплетены, уставшие и довольные.

— А я планировал поехать к тебе в офис, а оказалось никуда ехать не нужно, — гладит муж меня по спине.

— Я и поехала, но после того, как отвезла Лиму на учебу, передумала и вернулась домой. Позвонила Майли и сказала, что приболела. Думаю вообще взять отпуск на неделю, — приподнимаюсь и смотрю любяще на него.

— Замечательно, — отводит мокрые волосы от моего лица.

— Давай слетаем домой?

— Домой? В Москву? — удивлённо вскидывает бровь.

— Угу… Я соскучилась по сестрёнке, Антону и племянникам. Я думаю, ты тоже.

— Конечно. Хочешь в Москву, значит полетим. Когда отправляемся?

— Завтра утром. Я попрошу подготовить самолёт, — ложусь подбородком ему на грудь.

— Окей. Чемодан, значит, можно не распаковывать. Не понимаю только, почему ты так резко переменила мнение? Говорила, что до Нового года я могу даже не думать о поездке домой.

— Устала, наверное… Последнее время всё так давит, что я чувствую себя выжатой, как лимон. Хочу отдохнуть… И не на морях, а в холодной и промозглой Москве.

— Да, сейчас там как раз разгар золотой осени. Как мы Лиму здесь только одну оставим?

Я закатываю глаза от раздражения, заматываюсь в покрывало и встаю с постели.

— Алекс, она не маленькая девочка! За ней есть, кому присмотреть.

Водитель будет возить в университет, повар накормит, горничные уберутся. Ей только остаётся учиться, с этим, я думаю, она сама прекрасно справится. И она точно не одна будет… — намекаю на Гарнера. — Перестань трястись над ней! В её возрасте я родителей к своей жизни вообще не подпускала. И работать ещё успевала, между учебой и тренировками. Ночами в студии сидела, озвучивая всё, за что платили.

— Ну, не заводись! — поднимается и обнимает меня сзади.