В Киряевке Матренкину знают, а в большом городе легко затеряться. Сельская недвижимость в цене, опять же часть библиотеки можно продать, купить квартиру в столице и жить спокойно. Но Лариса отказалась, категорично заявила: «В Киряевке родные могилы. Как за ними ухаживать? Если я ослабну, не добраться будет на кладбище, а от деревни туда два шага, я и в бреду доползу. Папа Панкрат пока не отмолен».

– Панкрат? Разве отчество Ларисы Панкратовна?

Майя глубоко вздохнула.

– По паспорту она Лариса Ивановна Матренкина. А на самом деле Лариса Панкратовна Варваркина.

Глава 30

Я поперхнулась чаем, который пару минут назад принесла официантка.

– Лариса дочь Панкрата Варваркина?

– Да.

– Не может быть!

– Почему?"

"– Старуха родилась в тысяча девятьсот тридцать втором, я отлично запомнила дату. Матренкина мне сама сказала!

– И что? – удивилась Майя.

– Варваркин за двенадцать лет до ее рождения удрал из России. Спрятал библиотеку, оборудовал тайник и уехал невесть куда, следы его затерялись. Дом Панкрата разграбили крестьяне – растащили посуду, ковры, мебель, но не тронули бумаги, поэтому сохранился каталог библиотеки.

Эрик случайно наткнулся в архиве на него, нашел дневник Панкрата и начал расшифровывать записи, искать его книжное собрание…

Майя молча кивала, потом подняла руку.

– Стоп! Теперь давай я расскажу правду. Ты готова ее выслушать? Сразу предупрежу, ты можешь испытать сильное потрясение.

– Я похожа на нежный лютик? Вот уж не предполагала, что произвожу такое впечатление! Я вполне здорова физически.

– Можно легко жонглировать гирями, но не выдержать минимальной моральной нагрузки.

– Я не собираюсь падать в обморок! – обозлилась я. – Раз уж устояла на ногах, увидав поделку из латекса, то твою историю выслушаю спокойно.

– Латекс?

– Потом, – отмахнулась я. – Начинай!

Майя кивнула.

– Сначала придется сделать экскурс в историю.

– Как тебе удобно, но только уже рассказывай, – попросила я.

Водкина закурила сигарету и голосом человека, приученного выступать перед аудиторией, стала излагать факты.

В год большевистского переворота Панкрату Варваркину исполнилось двадцать семь лет.

Он был холостым мужчиной с хорошим годовым доходом, позволявшим не ходить в присутствие, а спокойно жить в Киряевке и заниматься любимым делом. До революции соседи-дворяне считали Панкрата безобидным чудаком и вполне приличным женихом. Род Варваркиных хоть и не владел большим богатством, но никогда не нищал, сейчас бы Панкрата назвали представителем среднего класса. Многие матушки с удовольствием бы отдали за него одну из своих дочерей, но, увы, как ни старались матроны, успеха не добились.