– Как мама? Не пришла в себя?

– Ты еще не поняла, что в России ей не выздороветь? – захлюпала носом Арина.

– Мадам Аксель скоро будет.

– Надеюсь!

– Папа не устроит сцену?

– С чего вдруг?

– По поводу продажи «Летописи», – пояснила я. – Он не один год искал библиотеку, наверное, не захочет расстаться с книгой.

Из трубки послышалось напряженное дыхание, потом Арина прошипела:

– Пусть попробует! Я у него и спрашивать не собираюсь. В той пещере небось еще сотни томов хранятся, ему на десять жизней хватит для чтения. А мне маму надо спасать, о ней кроме меня никто не позаботится.

– Наверное, следовало немного подождать, – вздохнула я, – разобрать клад, вдруг там есть более ценные книги.

– Пока в пещере будем рыться, мамуля в овощ превратится! – гаркнула Арина. – Лишнего времени у нас нет. Кстати! Думаю, милый папочка тайник разбирает, копошится в нем с утра до ночи. Во всяком случае, здесь он не показывается. Ладно, нароет книжонки, я тогда у него деньги потребую. Вот!

– Эрик разбирает содержимое пещеры? Так ведь это опасно!

– Почему?

– Проклятие, как мы убедились, действует. Твой отец может заболеть, – напомнила я.

– Сыр из мышеловки достается второй крыске, первой башку оторвет, а следующая пирует, – мрачно прокомментировала мои слова Арина. – Проклятие на мамуле сработало! Ружье выстрелило, опасности больше нет.

– Думается, все же не стоит лазить в тайник, – стояла я на своем.

– Ты поверила в заклинание! – с торжеством резюмировала младшая Лаврентьева.

Я замялась.

– Нет.

– Тогда почему предостерегаешь от похода в пещеру? – спросила девушка.

– Наслушалась местных историй про то, как умирали те, кто пытался нарушить покой мертвых. Колдовские чары это ерунда, но некая опасность на месте захоронения военных существует, – начала оправдываться я и, чтобы закрыть тему, спросила: – Эрик сейчас с тобой?

– Его тут нет и не было!

– Он не навещает Нину? – изумилась я.

Арина издала странный звук.

– Папочка показал себя с лучшей стороны. Один раз появился, но долго не задержался.

– Мда, – крякнула я.

– Заразиться боится, – вдруг горько засмеялась Арина. – Да он всегда такой был. Мама редко болела, но пару раз грипп подцепила. И только доктор про это сообщал, папашка сумку подхватывал и бегом на работу.

«Дела, – вопит, – дела! Ни на минуту не могу задержаться!» До смешного доходило: требовал, чтобы Валентина и я маски надевали. Мы-то к маме входили, кормили ее, поили, лекарства ей давали, а он у себя в кабинете труса праздновал. Нет его здесь! И не приедет!

– Но Валентина сказала, что хозяин отправился в клинику.

– Врет.

– Какой ей смысл говорить неправду?

– Значит, путает, – настаивала на своем Арина. – Я от мамы не отхожу – держу ее за руку, постоянно разговариваю, за медсестрами слежу.