— Там находятся наши женщины, — попытался объяснить Дронго, но к нему уже спешил Гарсиа.

— Что вам нужно, сеньор Дронго? — спросил Гарсиа.

— Позовите Лену и Ингрид, — потребовал I Дронго.

— Успокойтесь, — попытался остановить его % Гарсиа.

— Позовите Ингрид, — неистовствовал Дронго.

Полицейские с трудом сдерживали его напор. Гарсиа взял его за руку.

— Не нужно нервничать, — сказал он, пытаясь сдержать Дронго, — их там нет. Там только наши визажисты.

— Где они? — взревел Дронго.

— Они отошли, — пожал плечами Гарсиа, —

у нас объявлен небольшой перерыв.

Во время захода солнца мы будем делать последние снимки. Мало ли зачем могут отойти женщины. Мне неудобно говорить, сеньор, но, кажется, они пошли в сторону туалета. В автобусе нет туалета… Дронго, не дослушав, побежал в сторону туалетов. Было уже довольно поздно, около семи часов вечера. Через несколько минут должен был начаться закат солнца.

— Неужели эта девчонка могла меня так к обмануть, — зло думал Дронго, уже не рассчитывая увидеть Ингрид живой."

"Если Лена успела войти в комнату Лилии и нанести ей смертельный удар, то тогда все совпадает.

Она вошла в номер, ударила Лилию, потом прошла в соседний номер к Руте Юльевне. Это она шантажировала Ингрид, а затем убрала Ингебору, чтобы попасть в Испанию.

Зависть, одно из самых страшных чувств в человеке. Лена добилась своего, решив устранить всех. Возможно, Лилия знала какую-то тайну Доколиной. Но тогда кто вывел из строя камеры наблюдения? Кто перерезал провода в Барселоне? Ведь Доколиной там точно не было.

Нельзя подгонять свои сомнения под определенную версию. Этого принципа Дронго придерживался много лет.

Если остаются сомнения, значит, их нужно опровергать или подтверждать, но нельзя не обращать внимания на факты, противоречащие его версии.

Он поспешил к небольшой постройке, стоявшей на краю парка. Справа было мужское отделение туалета, слева женское. В женском не было слышно ни звука.

— Ингрид! — громко позвал Дронго. — Лена! Вы меня слышите?

Ему никто не ответил. Он заметил, что от автобуса спешат полицейские и Гарсиа, очевидно, напуганные его поисками.

— Ингрид! — снова позвал он. — Лена!

Никакого ответа.

Он решительно рванул на себя дверцу и вошел в туалет. Стоявшая к нему спиной женщина мыла руки. Услышав его шаги, она обернулась. Это была Ингрид.

— Слава Богу, — прошептал он, — ты жива. Она улыбнулась.

— Неужели ты будешь преследовать меня даже в туалете? Тебе не говорили, что ты сексуальный маньяк?

— Где Лена? — невежливо перебил он Ингрид.

Она нахмурилась.

— Кажется, вы все помешались на этой девчонке, — нервно произнесла она, стряхивая воду с рук, — я не знаю, где Лена, и не хочу знать.