Рано или поздно он допустит ошибку, и тогда можно установить, где именно он ошибся.

— Мы проверили отпечатки пальцев в номере, — сообщил Таррега, — кроме отпечатков самой убитой там нашли отпечатки еще одного человека. Завтра утром мы проверим отпечатки всех членов группы и выясним, кто был в ее номере.

— Не уверен, что все так просто, — возразил Дронго, — у убийцы было совсем немного времени. Не забывайте, что я видел сеньору Омельченко перед тем, как она отправилась в свой номер. И возможно, я был последним, кто разговаривал с ней.

— Режиссер Круминьш сообщил, что стучал к ней в номер и она отвечала ему из ванной комнаты, — сообщил Таррега.

 — Похоже, что последним был именно он. Но у нас его слова вызывают некоторое сомнение. Дело в том, что у нее были сухие волосы и она явно не принимала ванну или душ.

— Может, она мыла руки, — буркнул Дронго, — мало ли зачем человек может войти в ванную комнату. Круминьш сообщил мне то же самое еще до того, как была обнаружена убитая Омельченко. Он был потрясен ее смертью. Кажется, он питал к ней довольно нежные чувства.

— Круминьш был потрясен, — согласился Таррега, — но нам показалось, что он немного заторможен.

Вы не знаете, он не увлекается наркотиками? Обычно творческие люди…

— Мне об этом неизвестно, — перебил Дронго своего собеседника, — если он увлекается подобными вещами, то вам нужно взять его кровь на анализ и выяснить, что именно он принимает. А до этого подобные разговоры кажутся мне не совсем этичными. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Понимаю.

Таррега поднялся и подошел к двери. Затем обернулся и сказал:

— Мы нашли отпечатки пальцев и на дверной ручке. Наш криминалист завтра утром возьмет отпечатки у всех членов вашей группы.

Включая и вас, сеньор Дронго. Я надеюсь, что вы не обидитесь. До свидания.

Он вышел из номера и закрыл за собой дверь. Дронго продолжал сидеть в кресле. Затем поднялся и подошел к окну.

Через улицу был виден магазин компьютерной техники, в котором круглосуточно работало интернет-кафе. Местные ребята засиживались здесь по ночам, так как существовал специальный льготный ночной тариф. Огни магазина ярко светились в ночной темноте.

«Двадцать первый век, — подумал Дронго, — новое тысячелетие.

А люди по-прежнему обманывают, убивают друг друга, пытаются свести счеты, сходят с ума и ненавидят себе подобных. Человечество не умнеет и не меняется».

Дронго принял душ и лег спать.

Спал он достаточно тревожно, хотя его редко мучили кошмары. Тревожные мысли не давали заснуть."

"Еще совсем маленьким мальчиком он часто видел кошмары, которые заставляли его просыпаться и бежать к матери. Уже будучи взрослым, он понял, что глубокая впечатлительность ребенка связана с бурным детским развитием.