— Не перебивай меня, — строго заметила коммерческий директор, — лучше слушай внимательно. Нужно очень много работать, чтобы получить от жизни все, что хочешь. Нужно много отдавать, чтобы получать, — со значением подчеркнув последние слова, сказала Рута Юльевна.

Доколина молчала, уже не отвечая своей собеседнице.

— И будь построже с этим Эугеном, — напомнила Рута Юльевна, — он к тебе пристает, я знаю.

Молодая женщина вспыхнула, пытаясь возразить, но коммерческий директор ее строго прервала:

— Не нужно ничего говорить, — сказала она, — я знаю, что он к тебе приставал.

И учти, что он не тот человек, с которым тебе нужно встречаться.

Дронго подумал, что оставаться дальше в ресторане уже неприлично. Ему все равно нужно познакомиться со всей группой и будет неловко, если они решат, что он специально подслушивал в ресторане. Он поднялся из-за стола и вышел из зала.

В холле отеля Дронго увидел сидевших на диване Балодиса и незнакомую молодую женщину. Вернее, он увидел только Балодиса и колени молодой женщины, одетой в темное платье. Они не видели его, так как он стоял за колонной, а Дронго слышал их разговор.

Они говорили по-латышски и несколько раз упоминали фамилию Зитманиса. Балодис убеждал в чем-то женщину, а она с ним не соглашалась. Через некоторое время она поднялась и быстро прошла мимо Дронго в ресторан. Дронго узнал Ингрид Грайчунас, занявшую первое место в конкурсе.

Девушка была по-своему красива. Дронго она казалась даже лучше Елены Доколиной. Если у Доколиной были идеальные черты лица, то у Ингрид — большие темные глаза, нос неправильной формы, чувственная линия губ, небольшой подбородок. Она была, на взгляд Дронго, гораздо интереснее Елены Доколиной.

Но если привлекательность Ингрид заключалась в несимметричных чертах лица, то Доколина как раз и отличалась идеальными пропорциями лица.

Дронго проводил взглядом Ингрид и заметил, как к кабинам лифта подошел Балодис. В холле было два лифта. И хотя в здании было только три этажа, если не считать первого, тем не менее два лифта исправно доставляли посетителей на верхние этажи. Здесь были очень крутые лестницы и невероятно высокие этажи в пять-шесть метров. Кабины лифтов были отделаны красным деревом и украшены зеркалами.

— Доброе утро, Ионас, — поздоровался Дронго.

Балодис замер, резко обернувшись к нему. Было заметно, что он смутился.

— Вы уже приехали? — несколько растерянно спросил он.

— Да, вчера вечером, — кивнул Дронго.

— А мы рано утром, — пояснил Балодис. — И только сейчас все пошли завтракать.

— Я знаю, — кивнул Дронго, — я видел кое-кого из вашей группы в ресторане. А вы разговаривали с Ингрид?

— Вы слышали наш разговор? — скорее испугался, чем удивился Ионаа

— Нет.