И это такой хороший знак, что она до сих пор злится. Секс будет умопомрачительным.

- Я заплачу, Ив. И за пентхаус, и за ужин в «Блаженном Августине», - улыбаюсь, отвернувшись к окну. - Но только когда ты расскажешь, что предлагает «Хиттон». Сомневаюсь, что ты прилетела, чтобы провести со мной ночь.

- Ночь?! - усмехается она. - Не смеши меня, Эйвер. Выпьем кофе в баре отеля. И если я уйду оттуда без подписанных документов, у тебя и пятнадцати минут не будет.

И мы оба знаем, что у меня будет столько минут, часов, даже дней, сколько мне понадобится, но эта перебранка - неизменная часть прелюдии. Как и дело, которое, уверен, она вырвала из чьих-нибудь холодеющих рук, лишь бы снова сцепиться со мной. Лишь бы снова прилететь и провести эти минуты, часы или дни рядом.

- Ив, - понижаю голос до мягкого бархата. - Я соскучился.

- Значит, подпишешь всё, что я попрошу, - произносит она после паузы, во время которой явно справлялась со сбившимся дыханием и теперь так фальшиво равнодушна. - Или я не поверю ни одному твоему слову.

- Я подпишу всё, что ты предложишь, если это будет в интересах моего клиента. А ночь в пентхаусе ты мне подаришь, потому что соскучилась не меньше. Через час, Ив. И ты знаешь где.

Я кладу трубку, не давая ей возразить.

Как же ты вовремя, Ива Уорд. Как же охренительно вовремя!

Падаю во вращающийся стул. Делаю целый оборот, откинувшись на спинку, а потом склоняюсь над рабочим столом.

Документы по сети отелей Роберта Картера. Информация на «Хиттон». Нет, я ждал, что от них поступит предложение. Скажу больше: даже выжидал, когда они его сделают, хотя глава компании Роберт Картер и настаивал, что я должен покланяться им первый. Но я никак не ожидал, что прилетит Ив. А ещё я, как всегда, оказался прав: теперь они станут куда щедрее. А бонус в виде Ивы сделал это ожидание не только оправданным, но ещё и вознаграждённым.

Подавляю в себе желание связаться с информатором. Нет, завтра эта Анна Ривз о себе всё расскажет сама. И я не буду пялиться на её сиськи, потому что всю ночь буду окучивать Иви, и мне будет уже глубоко всё равно какого цвета волосы на лобке у этой рыжей.

Мне и сейчас всё равно. Я нанял её на работу, а значит сразу провёл между нами границу, которую не собираюсь нарушать.

6. Анна

Когда в детстве я спросила, почему вместо звучной отцовской фамилии Визе мне дали мамину девичью Ривз, мама с честью выдержала этот сложный разговор и убедила меня, что лучше ничего не менять. Иначе проклятье семьи Визе меня не оставит. Я зачахну в тени этого громкого имени, как слабый росток в тени могучего дуба, и никогда не смогу стать сама собой. Оно будет довлеть и обязывать, и никогда не позволит заниматься чем я хочу.

Как показало время, она была бесконечно права.