Наверное, у него большой опыт и он примерно представлял себе, что выявлять мои проблемы можно безболезненно, а вот изживать их не стоит, чтобы память, упаси господи, не вернулась. Елена честно призналась Бегемоту в том, что мы с ней близко знакомы, а он что же? Разве попытался использовать это в работе со мной? Разве старался подтолкнуть мою память при помощи этого неожиданного знания? Разве посоветовал Елене открыться мне и рассказать все, что она обо мне знает? Нет, нет и нет. И это еще раз подтверждает, что подозрения мои были небезосновательными. Психиатра мне подставили.

Бедная моя Кошечка! Я ходил по Франкфурту, надеясь, что знакомые места разбудят мою память, а она чувствовала себя стоящей рядом с пороховой бочкой, на которой сидит обезьяна с гранатой, то есть я. В любую секунду мог произойти взрыв, и что ей тогда делать? В Москве она хотя бы может исчезнуть с глаз моих, а там, в Германии, мы жили в одной гостинице, и билеты у нас были на один рейс. Неудивительно, что с началом этой истории она снова стала курить, нервы постоянно на пределе. Но я ее понимаю, у нее тоже, как и у крыс министерских, слишком многое поставлено на карту - здоровье и жизнь единственного ребенка. Я даже не сержусь на нее. Я понимаю, что сам во всем виноват. Я сам сделал так, что это стало возможным. Я отгородился от жизни, ушел в свой внутренний мир, у меня нет друзей, которые все знают обо мне, потому что я берег мысли и эмоции для книг. Вот и оказалось, что, когда память подвела меня, вычеркнув из сознания огромный кусок жизни, некому было мне помочь и рассказать, как я жил все это время. Я использовал Мусю как свои руки, ноги, язык, глаза и уши, и теперь поплатился за это тем, что она стала использовать меня. Никто не виноват, что так вышло, кроме меня самого."

"А как она уговаривала меня обратиться в ФСБ, когда в меня сначала стреляли, потом пытались отравить! Нет, не за мою жизнь она беспокоилась, она хотела, чтобы материалы как можно быстрее получили огласку. Я бы обратился, допустим, за помощью, а мне бы сказали: ""Вы, господин Корин, писатель, а писателей убивают только за то, что они пишут, вот и давайте-ка разберемся, что же это такое вы уже написали или только еще собираетесь писать"". Дальше все понятно. Я показываю материалы, происходит легкая проверка - и цель достигнута.

Только вот интересно, кто же это в меня стрелял, коньячок ядовитый подсунул, а потом еще и психом меня выставить захотел? Если бы материалы оказались действительно компрометирующими, то все ясно, на кого компра - тот и убирает меня. Но ведь это же не компра, она не может повредить тем, кого касается. Наоборот, эти люди кровно заинтересованы в том, чтобы предать ее огласке, именно из-за этого весь сыр-бор и затеян.