Меньше всего ему хотелось признавать, что бытовичка в чем-то была не просто наравне, справляясь с опасностью, рассчитанной на боевиков, но даже превзошла их. Но факт оставался фактом, глупо упускать очевидное.

— Что творит, поганка, что творит, а! — взревел вдруг Арно. — Вы видели ее щит?! Нет, вы видели?! Как она это сделала?!

— А можно замедлить трансляцию и повторить последние сорок секунд? — заинтересованно попросил Валентайн. — Мне кажется, что я уловил принцип… хм, как интересно. Очень необычный подход, особенно в условиях ограниченного ресурса.

Еще с полчаса они крутили запись на разных скоростях туда и обратно, повторяя отдельные эпизоды и споря до хрипоты. Ректор не вмешивался, позволяя коллегам и подчиненным выпустить пар и поорать всласть — под конец распалились все, кроме, пожалуй, Валентайна. Тот просто что-то быстро строчил в своем знаменитом бирюзовом ежедневнике, изредка прислушиваясь к запальчивым репликам других магистров и поглядывая в сферу.

— Итак, уважаемые рэссы и рисс, — довольно усмехнулся ректор, когда запись наконец-то закончилась, а несколько охрипший коллектив устал и притих. — Кто согласен с тем, что пора вносить изменения в наши учебные программы? Комбинация боевых заклинаний с бытовыми — наш шанс дать дополнительную возможность выжить нашим студентам, и не только. Думаю, вполне реально перевести потом некоторые из них в разряд универсальных, что позволит использовать их даже слабейшим магам приграничных зон.

— То есть… это ты с самого начала нарочно все затеял, — тяжело вздохнул Арно. — Я помню, сколько времени ты нудел про отсталость программы и шаблонность мышления. Молодец, добил. Но девчонку тебе не жалко?

— Знаешь, брат, — усмехнулся вдруг Вайдер, обращаясь к своему бывшему однокурснику и побратиму по боевой команде, — что я тебе скажу. Эту девчонку жалеть не требуется. Наоборот. Дай бог, чтобы она нас… пожалела.

Конец первой книги"