Растерзанные тела работников станции лежали повсюду. Отрубленные руки, ноги и головы. Кишки растеклись по бетонному перрону, намекая на то, какая нас ждёт судьба, если Имперцы нас поймают.

Радовало только одно. Ближайший Имперец виднелся у самого выхода из депо. Он и его товарищи запихивали в машину Мимо, который нещадно тянул из меня ману. Я встал рядом с Макаром, а он по-прежнему понятия не имел, что делать.

— В-вот тут кнопка. Запуск машин. А-а-а что дальше, я вообще не в курсе, — растерянно выпалил парень.

И правда, тут сам чёрт ногу сломит. Десятки кнопок.

Все они подписаны, вот только всё равно ничего не понятно. Кнопка «песок» это что? А кнопка «вода»? У локомотива есть орудия и он может использовать магию земли и воды? Я в этом очень сомневаюсь. А ещё в центре пульта был руль и какой-то рычаг.

— Они идут, — прошептал Сергей, указав в сторону возвращающихся солдат.

— Зараза, — выругался я, после чего дёрнул рычаг вправо.

Ничего не произошло, так как он был в крайнем положении. Тогда я потянул его налево — и локомотив загудел. Похоже, это то, что нужно. Так, думай Михаэль. Думай!

— Они бегут сюда! — заорал Прохоров, прилипнув к окну.

— Быстрее, блин!

— Закрой пасть! — огрызнулся я и крутанул рулевое колесо по часовой стрелке до упора.

Мотор загудел ещё сильнее, я переглянулся с Макаром и тот понял меня без слов. Парень тут же нажал кнопку «Запуск машин». Локомотив застучал, затарахтел и… сдвинулся с места, быстро набирая скорость.

— Отстают! Отстают! Ура! — закричал Остап, вскинув руки вверх.

Но радость была преждевременной. Из-за вагона на соседних путях выбежали два гвардейца. Догнать локомотив они уже не могли, да и не пытались.

Направив в нашу сторону автоматы, они нажали на спусковые крючки. Плотная очередь прошила кабину, заставив нас рухнуть на пол. Сквозь стук моторов и звон пуль, насквозь прошивающих стальные пластины, я услышал вопль, наполненный ужасом и болью.

Кричал Остап. Он лежал, привалившись к стене, а на груди алым расползались два пулевых отверстия.

Глава 10

Стены локомотива украшали дырки от пуль. В эти отверстия со свистом врывались мощные потоки ветра, заставляя нашу одежду и волосы трепетать. Впрочем, мы и сами дрожали от холода и страха.

Ведь на наших глазах Остап истекал кровью.

— Сделайте что-нибудь! — истерично выкрикнул Прохоров, озираясь по сторонам.

Я подполз к Остапу и оттолкнул Прохорова, сидящего рядом с ним.

— Отойди, истеричка, — рыкнув, я разорвал рубаху Остапа и сразу же понял: если мы не остановим кровь, парню конец.

Одна пуля вошла немногим выше пупка, вторая — в правую часть грудины. И тут была хорошая новость. Обе пули прошли навылет, а значит, их не нужно доставать из раны, боясь нагноения.