Посёлок Братчиково на реке Тагил.

Десятки стареньких домов боролись за жизнь на островках, которые каждый год подмывала река. Мосты, словно морщины на лице старухи, изрыли острова, соединяя их с большой землёй. На одном из таких и жила Елизавета Максимовна. Жила паршиво, но не жаловалась. Работа есть, за неё платят, а ещё бесплатно кормят и дают кров над головой. Это, конечно, не Михайловск…

Эх… Вот уж этот Михайловск. Елизавета каждый день вспоминала беззаботные три года, которые она провела там. Как же это приятно — жить окруженной любовью и заботой. Мишка всегда рядом, а ещё — котёнок специального назначения. Елизавета Максимовна сидела на табурете и машинально потрошила рыбу, улыбаясь от воспоминаний.

— Лизка, чё в облаках летаешь? Щас руку распоришь и чё? Я сама, что ль, работать стану? — возмутилась хозяйка дома, а также работодатель в одном лице.

— Федора Егоровна, не шуми, — отмахнулась Елизавета Максимовна. — Края у рыбы ровные?

— Ну тах-то ровныи. Но ежели руку распоришь… — начала было снова бабка, но Елизавета снова её заткнула.

— Не каркай. Если распорю, то и зарплату не получу. А кормить ты меня и так будешь, ведь на моё содержание Архаров тебе копеечку отстёгивает. Не так, что ли?

— Ишь, кака бойкая стала. Пожила хрен пойми где и теперячи мне тут ума будешь вставлять? — распалялась бабка в надежде продавить обнаглевшего работника.

— Если надо будет, то и ума вставлю тебе. — Елизавета Максимовна оторвалась от разделки рыбы, вытерла рукавом пот со лба и спросила. — А ты как хотела? Бесплатный сыр — он только в мышеловке. Прислали жильца? Будь добра, обслуживай или копеечку возвращай.

— Знаешь, что? — надулась старуха.

— Что? — с вызовом бросила Елизавета.

— А ни чё! Поняла⁈ Вот это вот всё сама будешь. Ага? — затараторила бабка, сама не понимая, что несёт. Но тон сделала угрожающий, будто Елизавета Максимовна ещё пожалеет о сказанном.

— Ага. Костяная нога. Топай, не порти настроение. — Елизавета указала старухе направление и продолжила трудиться.

Позади скрипнула калитка и во двор вошел статный мужчина в пиджаке и солнцезащитных очках. Елизавета Максимовна с придыханием повернулась в его сторону, надеясь узнать в пришедшем Гаврилова, но это был не он."

"— Елизавета Максимовна, моя фамилия Фирсов. Его благородие барон Архаров прислал меня за вами.

Из-за дома вылетела разгневанная Федора Егоровна и тут же набросилась на гостя.

— Чё надо? Без стуку ходють тут? Тябе чё, проходной двор? Ща как собак на тебя спущу! Обглодают твою морду наглую! — Старуха размахивала в воздухе клюкой, но подойти ближе к незнакомцу боялась.

Елизавета Максимовна тихонько хихикнула, ведь никаких собак у Федоры Егоровны не было и в помине.

— Старая.