Подняли рольставни и наткнулись на разбитые окна, перевёрнутые стеллажи, следы когтей на стенах и полу. Это обнадёживало. Если стеллажи перевернули твари, то есть шанс что какая-нибудь банка консервов да закатилась куда-нибудь.

— Я на склад, — тут же выпалил Артём и побежал в приоткрытую дверь слева.

Я же стал заглядывать под стеллажи и — о, чудо! Продовольственный бог одарил нас своими благами! Кукурузные палочки, посыпанные сахаром, две банки тушеной фасоли, солёные огурчики, тушенка говяжья, свиная и куриная. Каждой всего по одной банке, но это уже невероятно много. А ещё я нашел пачку риса.

Не понимаю, почему гвардеец сюда не наведывался? Тут ведь полно еды. Ну, не сказать, что прямо-таки полно, но она здесь есть. Я стащил рюкзак со спины и стал запихивать в него добычу, когда краем глаза заметил шоколадку, лежащую на полу под кассой. За ней я нырнул щучкой! Вытащил, и любовно прижал к себе. «Лилюшка» — так называлась шоколадка.

— Как же давно я не ел сладкого.

Уложил шоколадку поверх тушенки, закинул рюкзак за спину и услышал истошный вопль Артёма.

— А-а-а! Помоги!

Глава 23

Я услышал шипение, как будто прокололи автомобильную шину. Протяжное, громкое. Бросив рюкзак, я поспешил на склад, по дороге обнажив меч. Пройдя через приоткрытую дверь, я замер. Воняло палёной шерстью или чем-то похожим, а вот видно ничего не было. Ни Артёма, ни того, что издавало шипение. Только непроглядная пелена впереди.

Чёрная дымка поглотила половину склада, и за ней совершенно ничего не было видно. Зато было слышно. Слышно, как Артём рычит, как о бетонный пол лязгает что-то металлическое, и шипение. Постоянное, яростное, наполненное злобой.

— Да быстрее, твою мать! Меня сейчас прикончат! — снова заорал Артём, и я рванул через непроглядную тьму."

"Сделав пару шагов в глубину чёрной дымки, я оказался на противоположной стороне склада. Здесь было хоть что-то видно из-за того, что свет проникал через дырявую крышу. На полу лежал Артём, держащий перед собой копьё. Его вены на предплечьях вздулись от натуги, ведь было непросто удерживать в вертикальном положении огромную паучиху, висящую на острие.

Тело паучихи лизало пламя, но тварь не желала помирать и неистово молотила костяными лапами, пытаясь попасть по своему обидчику. Её лапки заканчивались острыми крючьями, похожими на гарпун. Артёму приходилось нелегко. Он вертелся, как юла, стремясь избежать удара. Мудрый малый. Если такая лапка его загарпунит, то через пару мгновений и остальные лапы тут же вопьются в тело жертвы.

Я подбежал и с ходу нанёс удар, срезав две задних лапы. Паучиха дёрнулась так, что Артём не удержал копьё в руках. Пролетев по дуге, тварь рухнула на бетон, заливая его зеленой кровью.